— Кажется, Право первой ночи принесло бы мне больше пользы, чем тебе, — проворчал он.
Повёл плечом и, поморщившись, размял его пальцами через одежду.
— Оно тебе не нужно. Кругом полно прекрасных незамужних дев, — Вигхарт не стал отвечать грубостью на его провокацию. — Что-то болит?
Сел рядом, оглядывая кузена. Тот усмехнулся, отворачиваясь.
— Да так. Надо бы отдохнуть. — Он помолчал, возвращая на лицо выражение дурашливой безалаберности. — А ты лишил меня такого удовольствия! Хотя бы платонического. Я красивых женщин сто лет не видел.
— Две недели.
— Ну, я о чём и говорю.
— Напомню, что я вынужден был поступить так. Иначе кёниг меня живьём сожрёт.
— Знаешь, а я тут выяснил, что свободные девушки очень легко становятся несвободными. Стоит только отвернуться. Так что ещё неизвестно, кому из нас проще, — кузен криво усмехнулся, но тут же махнул рукой. Вот сейчас он выглядел куда более спокойным. — Так что ты решил?
— Решил, что надо ехать к тому месту, что вы нашли. Так или иначе все дороги, на которых видели сумеречников, сходятся туда. Или проходят поблизости. Слишком много их в тех окрестностях.
— Значит, там и правда что-то важное, — Бальд наконец-то настроился на нужный лад. — Что ж, я рад, что это было не зря.
— Все твои страшные мучения в дороге? — Вигхарт ободряюще улыбнулся.
Но братец только покривил губами.
— Да. Именно.
— Так что с тобой случилось? — не стоило оттягивать важный вопрос. — Ты был ранен? Столкнулся с сумеречниками? Я хочу увидеть твоё плечо.
Бальд опасливо покосился на него, помрачнев, и даже отодвинулся.
— К тебе приехали четыре прекрасные девы, а ты хочешь взглянуть на голое мужское плечо? Мне за тебя страшно.
— Прекрати! — рявкнул Вигхарт, сгребая его ворот в кулак. — Ты знаешь, что это серьёзно! Любое заражение может закончиться плохо.
— Нет никакого заражения! — Бальд резко поднялся на ноги. — Даже если бы и было, я достаточно силён, чтобы справиться.
— Не заставляй применять силу!
— Попробуй… — фыркнул братец.
— А что с Лорой Вурцер? — Усилием воли пришлось чуть успокоиться. — Отчего ты встретил её так, будто уже видел раньше?
Но, похоже, кузен уже не был настроен говорить серьёзно и откровенно. Значит, всё-таки придётся прибегать к нечестным хитростям. А может, даже привлекать к тому Лотбергу.
— Да так… напомнила мне одну шлюху на постоялом дворе. Не помню, как называется. Я ещё удивился… Откуда бы ей тут взяться? А потом вспомнил, что ты привёл их сюда целый выводок.
Вигхарт не понял, как вскочил. Не понял, как налетел на Бальда и сильнейшим толчком, всем весом прижал его к стволу старой груши так, что тот, кажется, даже слегка скрипнул.
— Следи за словами! — Он придвинул к лицу кузена сжатый кулак. — Иначе я выбью из тебя всё дерьмо, что ты успел накопить. Считай это недополученным от отца воспитанием.
А после схватил его рубашку и парой рывков разодрал едва не в клочья до самого пояса. Внимательно оглядел плечо притихшего, удивительно покорного Бальда, даже повернул его, поднял ему руку — но никаких отметин, что мог бы оставить проникший в тело Сумрак, не нашёл.
— Ну что? — хмыкнул кузен, высвобождаясь. — Убедился? Двинулся уже со своими сумеречниками.
Едва поправив обрывки рубашки, он, словно бы ничего не произошло, отправился в сторону замка, тихо насвистывая какую-то дурацкую и, кажется, похабную песенку. Такие десятками ходили в военных лагерях среди солдат — невольно осядет одна-другая в памяти. Долгое скитание по самым глухим уголкам Виесса явно не пошло кузену на пользу. Он растерял значительную долю аристократичного лоска, которым так гордился раньше. Да война всех их изменила — так или иначе.
Вигхарт ещё немного посидел в умиротворённой тишине погружённого в обагрённое золото заката сада. Надо бы поскорей разобраться с этими девицами. Но отчего-то и поспешного выбора тоже не хотелось — такова уж его сущность. По возможности делать всё нужно основательно. Как же всё это не вовремя!
В очередной раз эта мысль посетила голову, когда по возвращении в замок Вигхарта перехватила на башенной лестнице Эбреверта фон Штейн. Он и глазом моргнуть не успел, как крепкие пальчики девушки вцепились ему в локоть — весьма фамильярно. Даже если вспомнить совместную дорогу из имения её мужа.
— Ваша светлость, — зашептала она заговорщически, — я хотела подождать вас в ваших покоях. Или кабинете, но меня туда не пустили. Потому…
— Потому вы решили меня подкараулить. Куда ваша служанка смотрит? — Вигхарт резковато высвободился.
Графиня явно оскорбилась. Как будто ждала особого обращения лишь потому, что её положение среди остальных эфри самое высокое. Не слишком приятная девица, хоть и знатная. С такими мужья обычно маются всю жизнь: и рядом находиться невозможно, и выгнать не выгонишь. Вот и он пока не выгнал, чего-то раздумывал.
— Я просто хотела сказать, что была против этих… посиделок с вашим кузеном. А девушки… Они очень были довольны. Особенно…
— Эбреверта, — оборвал её Вигхарт, остановившись на ступеньку ниже — и всё равно глядя на неё сверху, — зачем вы передо мной оправдываетесь? Я не ваш муж.
— Но вы…