Право первой ночи, да прям сейчас?! Вот это я попала… во всех смыслах!Опасные драконы, королевская власть, патриархат и заброшенные замки? Хм, на фоне остального драконы очень даже милые…Тайны, интриги и неуступчивый мужик? Что ж, чтобы спастись и занять подходящее место в новом мире, придется со всем разобраться. И с интригами, и с тайнами, и…С неуступчивыми мужиками сложнее всего, конечно.Вот только и награда самая привлекательная.Любовь
– Хорошая девка. А ты иди, без тебя справлюсь.
Меня будят слова, сказанные грубым мужским голосом, и прикосновение к голой щиколотке. Грубое прикосновение и пальцы такие… неприятные. Мозолистые.
Кто ж так будит?!
От испуга и неожиданности я верещу, дергаю ногой, падаю со своей кровати и прыгаю куда-то в сторону…
Потом только глаза открываю.
И взвизгиваю снова.
Громко и с ужасом.
Потому что я не со своей кровати спрыгнула. И не к своей родненькой стеночке с модными полосатыми обоями спиной прижимаюсь.
Я стою посреди каменного мешка. Голые ступни жалит холодом каменный же пол. На стенах оружие развешено и факелы, будто не комната это, а оружейный зал музея. Устрашающее оружие и местами чем-то запачканное.
А посреди оружейной… кровать с балдахином. Вот и вся обстановка. На кровати с тряпками и шкурами сидит оторопевший мужик в женской длинной ночнушке и с пухлыми щеками. У входа толкутся несколько оторопевших мужиков – с факелами в руках!!!– а ближе ко мне стоит ещё один… бородатый. И тоже, кажется, удивлён моей прытью.
– Ик, – только и могу сказать на выверты моего подсознания. Я бы не сказала, что такая креативная, чтобы даже во сне подобное придумать. Что происходит? – Чур меня. Изыди. Сгинь. Сейчас проснусь, в общем…
– Она же вроде нормальная была, – ещё больше удивляется бородатый. Из-за гула в ушах и нервной тряски, которая меня невольно охватывает, я его плохо понимаю. Или это из-за его шепелявости? Он смотрит на меня, скалится, а половины зубов не хватает.
– Нормальная она. Нормальная, господин! – внезапно отзывается тот, кто в ночнушке. Заискивающе как-то. И с кровати тоже спрыгивает, идет ко мне. – Наталина, не дури! Нам честь оказали такую! Немедленно в постель!
– Ик, – снова говорю я и щиплю себя за руку. Сильно. Глаза тру и даже нащупываю стенку рукой и несколько раз прикладываюсь к ней головой.
Не помогает.
Я – не Наталина. Я – Наташа. И засыпала совсем в другом месте – в собственной квартире. Конечно, можно предположить, что мои тусовщики- соседи курили травку у меня под дверью. Или в вино, которое мы пили с девчонками накануне, что-то добавили и это все галлюцинации…
Но ногам слишком холодно, а в комнате слишком душно – здесь нет окон. Зато куча мужиков и факелы. Они не в курсе, что кислород так быстро закончится? И все это слишком странно, с моими прагматичными мозгами я бы не смогла нафантазировать.
И до меня доходит еще одна вещь.
Тут не только не моя комната, но и язык не тот, к которому я привыкла. Я все понимаю, я могу говорить, я даже говорю, не задумываясь и не сличая слова с внутренним словарем, как делала в английском, но это не русский! А что-то совсем другое!
– Так, – сообщаю сразу всем, – сейчас будет истерика.
Но мои слова мужиков почему то не пугают, а веселят. И успокаивают будто.
– Так и положено, – говорит мне тот, кто в ночнушке, и становится рядом с бородатым, – Невинной девице и должно быть страшно в первую брачную ночь.
Невинной? Ну как бы вам сказать…
Стоп. Какая брачная ночь?!
Это за кого я успела замуж выйти бессознательно?! Я в сознании-то столько лет надеялась это сделать – и не могла. А тут хоп, и замужем?!! За кем?!
Внимательно всматриваюсь в обоих….
– Нет, – говорю совершенно честно, – Никаких замуж за вами.
Даже во сне я бы за таких не вышла, это я четко понимаю.
Они очень странно смотрятся вместе. И по раздельности тоже. Один в белой тряпке с кружевом у горла. До пят. И правда на девку похож. Дебелый, пухлый, бледное лицо, щеки нездоровым румянцем горят. И кудри редкие на голове… А второй – такой дядька из средневекового кино, который только что вернулся с боя и даже не успел почистить доспехи. Похож на маньяка с топором. Неопрятная грязная борода, нос картошкой, сальные волосы до плеч, грязные ручищи… кожаные доспехи в непонятных пятнах не скрывают пуза и коренастого тела.
Бр-р…
– Бр-р, – сообщаю я сразу всем на удивление спокойно. Такое спокойствие – первый признак зарождающейся истерики. – И кто муж?
– Точно свихнулась, – досадливо крякает бородач.
– Сглазили, – хватается за голову кучерявый. И чуть не хныча ко мне обращается, – Наталина, ну неужто не помнишь меня? Обряд же был только что!
– Значит ты – муж, – киваю задумчиво, – И как же тебе пришло в голову свою жену кому-то отдать?!
– Свихнулась. Свихнулась, – обидно гудят мужики с факелами.
– Так право первой ночи же… – чуть теряется «муж».
– Ч-чего?!
Нет, я, конечно, понимаю, «чего». Только ко мне это как применимо?
Право первой ночи практиковалось где-то там, в темном средневековье. Когда феодал или почётный гость могли овладеть девушкой раньше новоиспеченного мужа. Паршивый такой обычай, наверняка его использовали только чтобы власть свою утвердить…
– Надоело болтать, – рычит бородатый, – Или ты, Хорр, быстро в кровать ее затащишь, чтобы не дергалась, или дань годовую плати!
… власть утвердить или расплатиться таким образом.
Ужас.
– Сейчас все будет, господин! – всплескивает руками кучерявый.
И оба шагают в мою сторону.
Ага.
