Я был в Праге два раза. В первый приезд жил в самой Праге, в районе, который прекрасно знает каждый поклонник "Бравого солдата Швейка", – Нуслях. "В Нуслях что ни день, то драки. Известное дело – Нусли ". К счастью, времена – они меняются. За пару недель пребывания в Нуслях, я никаких драк не заметил. Кроме моей драки с обнаглевшим негром-таксистом.
Мы туда приехали с моим тогдашним шефом. Перед ним стояли всякие деловые задачи – переговоры, заключения контрактов на предмет поставки в Россию знаменитого чешского пива и сантехники, я же приехал, чтобы просто отдохнуть, погулять по Праге и продегустировать всевозможные сорта пива. Что мне, кстати, вполне удалось.
Жили мы в небольшом частном пансиончике, который содержала немолодая супружеская пара. Шефа поселили в шикарном номере для новобрачных, который находился на втором этаже, меня же, как личность менее важную, в мансарде под крышей. Впрочем, комната была довольно просторная и опрятная, к тому же в ней нашлась отдельная ванная комната, так что никаких неудобств я не ощущал. Почти никаких неудобств, потому что в первый же день выяснилось, что расход горячей воды на тело населения в пансионе ограничен. Я же этого не знал, поэтому сразу по приезде забрался в ванную, врубил горячую воду и стал читать какую-то книгу, которую притащил с собой из Москвы. Есть у меня такая дурная привычка – читать в ванной. Когда же я прочитал несколько главок и решил приступить к торжественной части возлежания в ванной – бритью, горячая вода неожиданно закончилась, что стало для меня довольно неприятным сюрпризом. Так что пришлось отправляться обедать с шефом небритым, что противоречило моим эстетическим концепциям.
Обед в ресторанчике, который находился неподалеку от пансиона, был прекрасен. Простая, но очень вкусная еда и море пива. В чешских кафе вас не спрашивают – будете ли вы пиво. Вас спрашивают – какое пиво вы будете: светлое или темное. Когда я расправился с первой кружкой и судорожно выискивал в разговорнике фразу: "Принесите еще пива, пожалуйста", шеф мне сказал:
– Леша. Ты находишься в благословенной стране. Здесь не надо изучать язык, чтобы заказать еще одну кружку. Достаточно сказать просто: "Еще пива".
Я последовал его совету и заявил официантке: "Еще пива". И что вы думаете? Принесла! Еще как принесла! Потом оказалось, что эта фраза на чешском языке звучит почти точно так же, как и в русском – " Ще пива". Вот тут я сразу полюбил чешский язык.
Шеф меня периодически брал на всякие деловые обеды, так что я в полной мере смог измучить принимающих нас чехов своей неуемной любовью к Гашеку и "Бравому солдату Швейку". Я непрерывно орал, что желаю полностью повторить знаменитый швейковский анабазис, прошлявшись по всем селам и весям, а при этом мне необходимо переночевать в стогу под Путимом, посидеть в кутузке и так далее. Надо сказать, что чехи очень спокойно и корректно воспринимали мой фанатизм (хотя, как мне часто рассказывали сами чехи, они не очень любят Гашека, так как он, цитирую, "был коммунист и алкоголик") и старались выполнять все мои пожелания, хотя в стогу под Путимом меня так и не бросили.
Только по возвращении в Москву я вдруг представил, что ко мне в гости приезжает чех, начинает кричать, что он – фанат Льва Толстого и желает немедленно отправляться в Ясную Поляну, чтобы ходить босиком, рассказывать детишкам всякую чушь об огурцах разной длины и создавать ребятенков крепостным крестьянкам, – после чего я в полной мере оценил корректность и сдержанность чехов. Кстати, они были настолько любезны, что спустя пару недель прислали мне издание "Швейка" на чешском языке (находясь в Праге, я долго орал, что мечтаю прочитать "Швейка" на языке оригинала). Это действительно было очень трогательно, потому что чехи сделали это от чистой души, ведь со мной их не связывали никакие деловые взаимоотношения.
Прекрасно помню посещения святыни для каждого фанатика бравого солдата Швейка – трактира "У Чаши" ("У Калеха "). Рассказываю все по порядку.
Утром мы с шефом отправились в один небольшой чешский городок, где был пивоваренный завод, чтобы взять там образцы пива в бутылках. Привезли нас туда очень рано, где-то в 9 утра, поэтому сопровождающий нас чех предложил сначала позавтракать в кафе. Мы расположились за столиком, стали листать меню, а чех очень вежливо спросил: "Что господа желают заказать? Может быть, водки? Грамм по двести?" Причем это было сказано совершенно искренне, без всякой иронии. Мы с шефом сразу объяснили, что никогда не пьем раньше вечера, то есть двух часов дня, на что чех ответил, что он уже давно общается с русскими, поэтому знает, что у них два часа дня очень часто наступает никак не позже девяти утра. День на пивоваренном заводе пролетел незаметно, и мы вернулись в пансион, нагруженные бутылками с образцами.
