Выше, на фоне курчавых облаков, звенья, строившие ограду, работая, будто плыли вместе со всей землей к просвету чистого, голубого неба. А в этот разрыв между облаками уже пробивалось особенно яркое после дождливых и пасмурных дней солнце.
Только теперь, охватив взглядом стройку, Мохов почувствовал ее веселый, захватывающий ритм. Он даже приосанился, снял кепку, пригладил вечно торчащие на затылке волосы и вместе с доцентом пошел к установленной на место бетономешалке.
Возле нее, сидя на столбе, как дятел, возился электрик Степа. А снизу, из траншеи, кто–то, выбрасывая землю, выкрикивал частушку:
Мне любовь свою вечор
Объяснял Степан монтер:
Жизнь твою я сирую
Электрифицирую…
Вокруг смеялись. Гриша узнал звеньевую Крутову.
— Что, подкусывает? — кивнул он электрику.
— Совсем заела девка! — как давнему приятелю улыбнулся Степа.
