– Значит, так, – сказал полковник, разглядывая блок-схему вражеского Образа, занявшую все 20 дюймов экранной диагонали. – Применяйте Корвет, если возникнет необходимость. Пора испытать наш кораблик в серьезном деле.
Вашингтон. Пентагон.
По хмурому лицу Глиша было видно, что директор ЦРУ приехал для серьезного разговора. Сильвероу приказал адьютанту никого не пускать и разлил в изящные маленькие рюмки кубинский ром.
– Уже получил приказ о начале наземной операции? – спросил главный шпион Америки.
– Жду с минуты на минуту.
– По-моему, ты думаешь так же, как и я.
– Это зависит от того, что именно думаешь ты, – усмехнулся генерал.
Поморщившись, Глиш проговорил:
– Уже понятно, что демонстрацию силы следовало проводить на стране, которая не способна оказать серьезного сопротивления.
– Я говорил об этом с начала лета, – Сильвероу развел руками. – Вы меня не поддержали, а педик и его сутенер не захотели меня слушать.
Директор допил ром и сказал:
– С ними надо кончать.
После таких слов Сильвероу сразу вспомнил старый фильм «Шесть дней в мае». Вероятно, Глиш догадался, о чем подумал собеседник, потому что поспешно добавил:
– Не бойся, я понимаю, что мы живем не в СНГ, и не предлагаю двинуть танки на Белый Дом.
Генерал окончательно запутался. Он не понимал, как иначе можно убрать президента.
– Хочешь выступить в Сенате в поддержку импичмента?
– Это делается тоньше, – объяснил Глиш. – Можно организовать вброс информации. Компроматы на Уайлера и Хэддена.
– Раньше надо было это сделать!
– До сегодняшней ночи я надеялся, что «Бурю в степях» удастся благополучно закончить.
Удивленный председатель объединенного комитета сказал, что сегодня был достигнут перелом, и сопротивление украинской армии резко ослабло. Миротворцам удалось уничтожить большую часть неприятельской авиации, а ПВО Украины расстреляла три четверти зенитных ракет.
– Конечно, потери оказались чуть больше ожидавшихся, но теперь это уже не имеет значения, – рассуждал генерал. – Сегодня мы потеряли всего четыре самолета. Потери союзников я, сам понимаешь, в расчет не беру… Завтра к вечеру украинские арсеналы будут пусты, и мы…
– Не обольщайся. Они уже получили два новых «Триумфа». Кроме того, сегодня ПВО сбила всего один наш самолет. Остальные уничтожены виртуальным оружием.
– Директор АНБ обещал отключить от Интернета все узлы, которыми пользуется противник…
Покачав головой, Глиш бросил на стол аналитическую записку, составленную в его ведомстве. Опытные специалисты утверждали, что в ближайшие дни протесты общественности перехлестнут опасную черту, угрожая перерасти в массовые беспорядки. Аналитики из ЦРУ также предупреждали, что киевский режим полон решимости продолжать сопротивление и что в случае даже умеренных поставок оружия из ЕАС армия Украины сможет сражаться не менее месяца.
Цифры возможных потерь смутили генерала. Дальнейший ход военных действий представал в совершенно новом свете. Сухопутные войска Украины сохранили почти 80% боеспособности, так что наземная операция могла забуксовать, обернувшись новыми сотнями гробов, обернутых звездно-полосатым флагом. Аналитики особо остановились на неожиданно высокой эффективности виртуального оружия. Даже в случае отключения Украины и России от сети Интернет, говорилось в документе, опытные хакеры смогут входить в Паутину непосредственно через спутники связи…
– Я подкину журналистам нужные сведения, а ты должен саботировать приказы педика, – сказал Глиш. – Иначе – первое поражение Америки после Вьетнама. В глазах общественности виноватыми окажемся именно мы с тобой.
Сильвероу долго молчал, обдумывая неожиданное предложение. Потом глухо проговорил:
– Я пытался саботировать перед началом операции. Сейчас – слишком поздно. Я не имею права проиграть войну.
– Ты можешь проиграть гораздо больше…– Директор ЦРУ встал. – Подумай, что ты в силах сделать.
Москва. Зюзино.
Лейтенант Бодунов и сержант Петрунин, охранявшие офис группы «Веселые Черти», заметили подозрительный автомобиль, когда тот показался из-за угла. Водитель притормозил в десятке метров от окон «Веселых Чертей», вылез и с озабоченным видом открыл капот.
Второй член экипажа оставался на заднем сиденье, но потом тоже выбрался наружу, опасливо глядя на приближающихся милиционеров. Водитель немедленно захлопнул крышку и попятился к дверце кабины.
– Предъявите документы, – потребовал лейтенант.
Водитель «жигулей» выхватил пистолет, передергивая затвор. За секунду до его выстрела Бодунов присел за бампером стоявшей у тротуара чьей-то «волги», расстегивая кобуру. За спиной хлопнул «макаров» Петрушина, лейтенант тоже нажал на спуск. Покачнувшись, водитель упал на асфальт, держась обеими руками за правый бок, а его напарник успел сесть к рулю и отъезжал задним ходом.
Милиционеры выпустили несколько пуль в удаляющуюся машину, затем сержант занялся раненым, а лейтенант сообщил по рации об инциденте.
– Так точно, – уверенно ответил он на вопрос из центра. – Вишневая «десятка», и номер тот же.
