Некоторое время она смотрела в письмо, с усилием разбирая слова.
— Ну, слушайте! Кажется так! — предупредила она и начала читать медленно и громко: „Здравствуй, Ваня! Узнал про ваши успехи. Поздравляю всех юных колхозных мичуринцев. Жду письма. Привет. Вадимов“… Очень трудно разбирать! — сказала она, возвращаясь на своё место.
Ребята заулыбались. Приятно было получить поздравление от ленинградского учёного, про которого они так много слышали от своих бригадиров.
Закипевшая вода с шипением полилась в костёр. Сняли чайник, выкопали из золы картофель и принялись ужинать. Светлана поделила и раздала все свои припасы. Ребята стеснялись, отказывались, но она настояла на своём, и скоро все пили чай с городскими гостинцами.
Время бежало незаметно. Спохватились, когда в деревне раздался грозный крик Тосиной матери:
— Таисья-а! До-мой!
Вместе с Тосей ушла Оля, а вскоре и другие девочки. Зина поджидала Светлану, которая продолжала задумчиво сидеть у костра. Серёжа забрался в шалаш, и оттуда часто раздавались звонкие шлепки.
— Что, пикируют? — спросил Ваня.
— Ничего-о! Скоро я их всех перебью! Сам из себя я сделал им ловушку… Саша, иди помогать, — позвал он.
Саша залез в шалаш, и шлепки удвоились.
— Пойдём, Светлана. Поздно уж… — позвала Зина.
— Сейчас… Я хотела вам ещё сказать относительно нового сорта, про который Ваня писал, — сказала она, встряхивая головой. — Степан Владимирович одобрил ваш план. Он сказал, что вы это хорошо задумали… Но это очень сложное дело. Нужно относиться серьёзно, по-мичурински. Нужно сознательно скрещивать разные сорта, чтобы получить хороший сорт, какой хочется. У них в институте такую работу ведут. Там есть коллекция диких картофелей, которые открыли наши учёные. За ними специально ездила экспедиция в Америку… И в институте скрещивают эти новые виды картофеля с нашим… Понимаешь, Ваня?
— Ну, ну… А нам-то дадут?
— Дадут. Только не клубни, а семена новых гибридов. Понимаешь? Скрещивание они сделают сами, а вам пошлют семена. Вы посеете их, а потом выращивать будете и наблюдать. Так он сказал… Если, конечно, хотите.
— Ну ясно, хотим!
— Вот и прекрасно. Семена вам пришлют…
— На будущий год? — спросила Зина.
— Зимой, наверно, или осенью, — ответила Светлана, поднимаясь и оглядываясь. — На самом деле поздно. Спокойной ночи, Серёжа!
— Тебе тоже! — раздался голос в шалаше. — Видеть во сне сову на сосне!
— Серёжа, а завтракать приходите к нам, — пригласила Зина.
— Спасибо, придём, если за рыбой не уедем. Верно, Саша?
После случая со свиньями мальчики установили ночное дежурство на участке. Сегодня очередь дежурить Васе, но Саша добровольно вызвался остаться здесь с Серёжей, и Вася отправился в деревню провожать Зину и Светлану.
Белая ночь. Ровный голубоватый свет из окна разлит по комнате, и можно свободно различать предметы.
Зина не спит. Прислушиваясь к ровному дыханию Светланы, она думает о соревновании. Сегодня, наконец, выяснилось, как сильно перегнала Зина бригаду городских юннатов: с одного клубня они получили растений раз в семь больше. Это приятно. Значит, они хорошо работали. Напрасно она ворчала на свою бригаду и считала, что девочки работают неохотно и больше думают о своих делах. Незаметно мысли перескочили на другое.
А что она будет делать завтра? Отец и Мария Ивановна уехали в район на конференцию. Мать заночевала на летнем выгоне, где сейчас пасётся колхозное стадо. Многие животноводы живут там по неделе и больше. Замятина, например, с Марфушей почти и домой не приходят.
Если мать утром не вернётся, Зина должна подоить корову, приготовить завтрак, сварить обед. Она в доме одна и полная хозяйка…
— Зина, Зина… — слышит она знакомый шёпот где-то очень близко и никак не может понять, где именно.
— Зинуша… проснись!
Зина открыла глаза. Над ней стояла, склонившись, мать и осторожно трясла за плечо.
— Зинка… как ты крепко спишь!
В комнате совсем светло. Яркий квадрат освещённого солнцем окна отпечатался на стенке.
— Мама, а когда ты вернулась? — шёпотом спросила Зина.
— Недавно.
— Значит, я проспала? Корову надо доить…
— Подоила уж. А чья это девочка спит?
Взглянув на кровать Марии Ивановны, Зина вспомнила всё.
— Это Светлана. Из Ленинграда шефы приехали!
— Вот что! Ну, пускай спит. Зина, возьми-ка газетку, тут про вас напечатано.
С этими словами Дарья Андреевна положила на грудь девочки районную газету и на носках вышла из комнаты.
С минуту Зина лежала не шевелясь.
„Про нас напечатано? Про кого про нас? Про колхоз? Про отца? Про ферму? Но мать сказала не „про нас“, а „про вас…“ А если про нас, — значит, про юннатов“.
Сердце радостно забилось, и рассеялись остатки сна. Зина села на кровати и торопливо развернула газету. Заметку она нашла сразу и прочитала, но от волнения ничего не поняла. Снова и снова читала она маленькую заметку под названием „Хорошие помощники“.
