Радиолокационные станции засекают как в глухом лесу, вдали от человеческого жилья, приземляется неизвестный объект. На его поиски высылают боевой вертолет. Однако, вскоре обнаруживается, что объект не имеет никакого отношения ни к земной авиации ни к космонавтике…
Ночь на Земле была светлой. Луна, словно гигантский фонарь, заливала все вокруг ровным бледным сиянием. Полотно железной дороги рассекало надвое густой лес и, поблескивая рельсами, тянулось от горизонта до железнодорожного моста. Дальше, по ту сторону моста, дорога делала поворот и скрывалась за холмом.
Такой лунной ночью караулить мост было, пожалуй, ничуть не лучше, чем темной.
В кромешной темноте приходилось следить лишь за участком, освещенным сиянием электрических ламп. Однако дальше ничего не было видно. Лунной же ночью дежурить было сложнее. Привыкшие к темноте глаза четко различали тени от деревьев. Луна медленно катилась по небу, то заходя за облака, то выглядывая из-за них, и тени неспешно передвигались, создавая каждую минуту новый узор на земле. Казалось, что вместе с тенями кто-то таинственный и ловкий медленно пробирается в тишине ночи из леса к железнодорожному мосту…
Заряженная патронами винтовка не тяготила плечо. Даже приятно было чувствовать локтем ее приклад. Прикосновение к ней давало ощущение уверенности и силы.
Часовой вздохнул и зашагал в обратную сторону. Лес стоял вокруг пустынный и загадочный, тихо шелестя листвой… Впереди по реке медленно подплывал к мосту буксир с двумя огнями на бортах — зеленым и красным. Часовой дошел до будки и машинально взглянул на часы. Время тянулось тошнотворно долго. До смены еще целых сорок пять минут. Из порта, расположенного вниз по реке, донесся глухой гудок парохода. Часовой прислушался. Там шла обычная жизнь. Там не было такого одиночества, как у человека на ночном посту. Гудок парохода замер. Часовой повернулся и медленно двинулся обратно. Вот так всю смену: вперед-назад, вперед-назад, только бы не заснуть…
Издалека вновь донесся мощный гул низкого тона, который бывает на заводах, когда выпускают избыток пара высокого давления. Прошло несколько секунд, раздался короткий треск, и гул смолк.
Если бы часовой смог заглянуть на десять километров вдаль, то он увидел бы на поляне в густом лесу странный предмет, который имел форму усеченного конуса с выпуклыми днищами. Он неподвижно лежал на боку, большой, величиной с высокую сосну. Вокруг него полыхало пламя — горели стволы поваленных деревьев, поломанные сучья, сухие листья, кусты. Пламя подбиралось снизу к молодым елкам, перебрасывалось по тоненьким сухим веточкам с одной на другую, поднималось вверх, и молодые елки вдруг вспыхивали, словно факелы, потрескивая зелеными иголками. К небу взлетали снопы искр. На поляне пахло хвоей. На низких облаках появилось розоватое пятно отблеска начинавшегося лесного пожара. Где-то сбоку, в чащобе темного леса, разными голосами кричали разбуженные птицы. Муравьи смело бросались навстречу пламени, пытаясь защитить от него свои жилища, и гибли, вспыхивая один за другим — маленькие незаметные герои…
И вдруг из странного предмета во все стороны с шипением устремились толстые белые струи жидкости. Они испарялись в воздухе, перемешиваясь с пламенем, окутывая все вокруг густой голубовато-белой завесой. Плотная туча поползла по лесу, проникая в каждую щель, окутывая каждый лист, поднимаясь выше верхушек деревьев, словно глотая бушующее пламя.
Отблеск пожара на низких облаках исчез. Слабый ветер через силу гнал лесом тяжелое облако. Оно передвигалась среди стволов, словно ватное, нехотя, цепляясь за каждое дерево, за каждый сучок, каждую травинку. Когда облако отнесло в сторону, на месте пожара невозможно было заметить хотя бы искорку или мельчайший тлеющий уголек. Нигде не курился дымок. Пожар был потушен почти мгновенно. Только пар поднимался кое-где от обожженной земли, и черные пятна ожогов на стволах деревьев напоминали теперь о нем.
Внутри тяжелого странного предмета раздался гул, и огромный усеченный конус качнулся, встал вертикально и медленно взлетел в воздух над обожженной поляной. Его нижнее днище висело всего в двух-трех метрах над поверхностью земли, а верхняя часть возвышалась метров на пять над лесом.
Не слышно было рева работающих реактивных двигателей. Не было огненных струй, не было и вращающихся винтов, и, несмотря на это, огромный конус висел над землей без всяких видимых опор. Вот он медленно приблизился к высокой березе. На какую-то долю секунды из днища мелькнул ослепительно-белый луч, чиркнул по стволу, в одно мгновение наискосок перерезал его, и большое дерево, осев, дрогнуло и упало вниз, цепляясь зеленой верхушкой за ветви ближайших деревьев. Послышался глухой удар о землю и треск ломающихся ветвей…
В помещении командного пункта противопожарной обороны раздался телефонный звонок. Дежурный офицер быстро снял трубку. То, что он услышал, поразило его.
— Повторите донесение! — приказал он.
— В квадрате 167-В две минуты назад совершил посадку неизвестный летательный аппарат.
— На какой высоте, каким курсом, с какой скоростью этот самолет подлетал к квадрату 167-В?
— Неизвестно. Радиолокационные станции зафиксировали его только в момент посадки. Но это не самолет…
— А что же?
