Они переругивались, шагая по красной ковровой дорожке, а Эсме тем временем достала из шкафа свое единственное платье: очень простого фасона и порядком поношенное, серо-зеленое, под цвет ее глаз, и в очередной раз посетовала на неудобства юбок и пустую трату времени на шнуровку корсажа. Потом заплела волосы в косу, как заплетала гриву Зодиаку, и сделала из нее пучок, заколов разномастными заколками. Нарядившись таким образом в куклу, она поспешила к главным воротам дворца. И увидела все, чего терпеть не могла: у лестницы розового мрамора ждала карета для почетных гостей, кучер в парадной ливрее и украшенные перьями кони. Она юркнула внутрь, надеясь, что никто ее не узнает. Карета тронулась, и ее прическа тут же распустилась от тряски. Ох уж эта проклятая женственность.
В порту кучер открыл дверцу, и в нос Эсме ударило море запахов, как хороших, так и дурных, а беспощадное солнце принялось пропекать ее через толстую материю платья. Все без исключения побросали свои дела и уставились на Эсме: не каждый день на набережную въезжает королевская карета. Какому сановнику назначен такой пышный прием? Поскольку Эсме и сама этого не знала, то очень боялась по ошибке привезти какого-нибудь матроса.
Она издалека увидела флаг Бержерака. Разгрузка судна шла полным ходом. Грузовая стрела выставляла на пристань бочки. Грузчики по цепочке передавали друг другу мешки и ящики и укладывали их на телеги или взваливали на спины мулам. Эсме хотелось выполнить поручение, не привлекая к себе внимания, но это было невозможно.
– Эгей, девушка! – окликнул ее высокий краснолицый матрос.
Она подняла взгляд на леер, заслонившись ладонью от солнца. Матрос ее жадно разглядывал.
– Сударь, я…
–
Эсме тут же отреклась от карьеры марсового.
– Меня прислал король Тибо. Он попросил кое-кого встретить.
– Ах, вот оно что… Король, говорите? Ну, тогда вы явно не за мной. Подождите, барышня, никуда не уходите.
Скоро мешки и ящики расступились перед капитаном, который вел, бережно поддерживая под мышки, ветхого старичка. По трапу они спустились со всеми мыслимыми предосторожностями. Загадочный гость, с ног до головы укутанный в синий плащ, передвигался как улитка, не отрывая подошв от земли. Когда они наконец добрались до посыльной, капитан передал ей его, как эстафетную палочку, и произнес:
– Одно из величайших сокровищ Бержерака. Берегите его. Мое почтение славному королю Тибо.
Славный король Тибо посмеялся над ней, решила Эсме. Однако в карете она признала, что король не совсем шутил: старичок, вцепившись в трость, разглядывал ее не отрываясь. Очевидно, в свое время он был большим любителем женщин, но теперь мог рассыпаться от дуновения ветра. До входа во дворец ей пришлось нести его чуть ли не на руках.
Покончив с поручением, Эсмеральда, ни секунды не медля, переоделась в штаны и тут же решилась на рискованную затею. Назавтра Лукаса ждал экзамен в Гильдию врачей. Они не виделись со дня поездки к большому дубу, и Эсме подозревала, что он – сплошной комок нервов. Она может помочь ему, если он позволит. Или же он пошлет ее куда подальше. Эсме долго колебалась перед дверью Лукаса.
Она все еще стояла в нерешительности, когда он вдруг открыл дверь. Она отскочила.
– Ты что тут делаешь, Эсме?
Лукас выглядел как обломки древних статуй.
– Я… А ты?
– Я? Иду к принцессе, время осмотра.
– Тогда до свидания, Лукас.
– Нет-нет, погоди секунду. Что ты делала у меня под дверью?
– Я… Я подумала… Завтра же экзамен, да?
– Да.
– И он на весь день?
– С утра письменный, после обеда – устный.
– Лукас…
– Что?
– Прости, Лукас, но вид у тебя совершенно разбитый. Честно говоря, даже хуже, чем я себе представляла.
Мысль, что кто-то станет тратить время, чтобы представлять себе его вид, показалась Лукасу нелепой. Он провел по лицу рукой и постарался смягчиться.
– Эсме, с твоей стороны очень мило, что ты обо мне беспокоишься, но все в порядке.
– С твоей стороны очень мило меня успокаивать, Лукас, но я тебе не верю. И вообще…
– Что – вообще?
– Учить накануне экзамена – дурная примета.
– Это твоя бабушка сказала?
– Нет, я сама говорю.
– Я не готов.
– Будь экзамен через три дня, тебе бы хватило времени подготовиться?
Он подумал.
– Наверное, нет.
– А через две недели?
– Нет.
– Через месяц?
– Не играй на моих нервах!
– Ты никогда не будешь готов, Лукас.
– Пришла масла в огонь подлить?
– Тебе сейчас лучше подышать свежим воздухом, Лукас. В полном одиночестве, само собой.
Он надавил пальцами на утомленные веки. И глубоко вздохнул.
– У тебя есть задумки?
– Смотря чего ты хочешь. Вода, земля, огонь?
Вопрос удивил его, но еще больше – очевидность ответа:
– Вода.
– Море, река, водопад, пруд?
– Главное, пусть будет пресная. И прохладная. Нет, холодная. Ледяная.
– Легко.
– Скакать придется?
– Немного.
– Дай мне двадцать минут.
