Полагать, что в мадленский период люди начали обрабатывать землю, оснований нет, хотя и было найдено несколько камней с отверстиями, которые могли применяться для утяжеления копательной палки (рис. 59). Правда, Дарвин упоминает о том, что с помощью палки для копания в Чили, например, выкапывали съедобные корешки растений, однако это не означает, что растения специально выращивали.
Что же касается искусства, то в мадленский период оно переживало свой высочайший подъем. Живопись первобытных художников достойна всяческих похвал; не будучи приверженцами мелких деталей, они ухватывали суть изображаемых животных. На их рисунках мамонты медленно вышагивают, словно живые от кончиков бивней до кисточки хвоста. Бизоны и вепри нападают; олени и маралы двигаются легким, непринужденным галопом. Рисунки доказывают невероятно развитую способность замечать подробности, которую охотник приобретал вместе с другими своими навыками. Однако в них нет симпатии к животным, характерной для более поздних эпох, когда люди начали их приручать и одомашнивать. На фото 1 изображен бизон из пещеры Альтамира в Испании, а на рис. 60 — черно-белый силуэт еще одного бизона из французской пещеры. На этих рисунках видны стрелы, нарисованные в надежде, что это поможет убить зверя.
Художники тех дней использовали красные и коричневые, черные и желтые цвета и, как настоящие знатоки, управлялись со световыми бликами, полутонами и тенями. Видимо, для начала они черной краской рисовали очертания и затем раскрашивали изображение, добавляя яркости или стирая краску, чтобы добиться эффекта освещения. Фигуры животных часто выполнены в натуральную величину с необычайной убедительностью и жизненной силой.
М. Дало обнаружил во Франции сурик железный — пигмент, лежащий в основе одной из древних красок, пестики для толчения краски и лопатки каких-то животных, служившие палитрой. Художники рисовали кистями, которые было нетрудно сделать. Краски хранили в маленьких баночках из оленьих рогов.
Мадленские гравюры на кости мамонта, иногда на рукоятках инструментов не менее замечательны, чем живопись. Мы уже сказали, что первобытные рисовальщики умели ухватить самый дух животного, и для этого они должны были осознать необходимость такой вещи, как композиция. Сегодня мы можем сфотографировать бегущую галопом лошадь, но получившийся снимок не передаст такого ощущения движения, которого добился палеолитический художник на рис. 61. Это происходит оттого, что человеческий глаз не способен фиксировать движения со скоростью объектива фотоаппарата. Художник, понимая это, выбирает условность или творческое переосмысление, которое кажется нам более реальным, чем реальность фотографическая.
Все гравюры и резьба по кости делались кремневыми инструментами. На иллюстрации мы поместили гравюры с изображением оленя, переходящего реку, и трех лошадиных голов, тоже как будто переплывающих реку. На эту последнюю гравюру вы можете посмотреть в Британском музее, как, впрочем, и на многие другие. Камень на рис. 64 — прекрасный эскиз бизона. Он также хранится в Британском музее.
Рисунки и гравюры убеждают нас, что художники досконально знали животных и в своей работе зарисовывали истинную жизнь; с их помощью мы узнаём, что в эпоху мадлена среди типичных животных встречались мамонты, северные олени и большерогие ирландские олени, бизоны и лошади, мускусные быки, росомахи и полярные зайцы. Этот перечень говорит нам о том, что климат на протяжении какой-то части мадленского периода был холоднее, чем в эпоху ориньяка.
Представленные нами иллюстрации достаточно убедительно доказывают, что мадленские люди обладали немалыми художественными талантами и что у них появились зачатки цивилизации. Подводя итог всему сказанному, нужно отметить, что если некоторые костяные стержни, найденные на ориньякских стоянках во Франции, действительно представляют собой составные части смычковой дрели (рис. 40), то это — значительный шаг вперед в развитии человечества. Очевидно, что в эпоху ориньяка люди применяли какой-то способ просверливания отверстий в приспособлениях для выпрямления копий (рис. 39). Смычковая дрель в конечном счете привела к возникновению современного токарного станка. В дальнейшем мы увидим, что в более поздние эпохи люди отлично научились точить и, по всей вероятности, пользовались примитивным стержневым токарным станком. В таком токарном станке предмету, который необходимо обточить, придается вращение посредством веревки, обмотанной вокруг него подобно тому, как оборачивали тетивой стержень, чтобы просверлить отверстие. От смычковой дрели происходит и гончарный круг, который появился позднее.
В конце третьей главы мы высказали предположение о том, что человек, которого на первых этапах развития заботило только пропитание, начал осознавать и существующее в природе духовное начало. В культуре мадлена это проявилось в понимании прекрасного; те древние дни уже знали художников. И нам бы хотелось думать, что творческий труд был одним из основных факторов человеческого прогресса.
