Нам не следует оценивать поведения Наполеона, но достоверно и бесспорно одно: в течение 8 дней все генералы пытались выяснить, кому им подчиняться, но никакого приказа не было дано; не было создано единого командования для кавалерии, выдвинутой далеко вперёд. У французов не было сведений о том, что делает 120000 русская армия. Неясно, почему пехота, размещавшаяся в Рудне, не выступила на помощь отступавшей кавалерии? Она безусловно имела для этого время. Почему Ней не возвратился в Рудню, как это сделал Бельяр? В целом, невозможно найти такого боя, где руководство было бы более плохим. И так будет всегда, пока командование будет предпочитать хорошие кантонир-квартиры вместо размещения в первой линии, чтобы оставаться в контакте с аванпостами.{39} При этом Фабри повторил едкие замечания пруссаков о недостатках в организации службы охранения во французской армии, что, впрочем, признавал и генерал А. Коленкур. «Наши солдаты дрались вообще хорошо, — писал он, — но охраняли себя очень плохо. Нет другой армии, где разведочная и патрульная служба находились бы в большем небрежении. Наступает ночь, размещают кое-где несколько караульных постов, чтобы иметь время вскочить на коней, если подойдёт неприятель, но о том, чтобы прикрывать части, находящиеся позади или рядом, не думает никто».{40} Отрицательно сказались и противоречия между французскими начальниками на поле боя. «Наши генералы Монбрён и Себастьяни, — пишет Обри, — проявляли нерешительность в том, что они делали. Между ними имелась небольшая зависть, как низшего командира к высшему». Таше даже считал, что «разногласие генералов было единственной причиной нашего разгрома».{41}
Офицер и урядник Донского войска, 1809–1812 гг. из “Историческое описание одежды и вооружения… ”
М. Борисов. Нижний чин тептярских полков, 1812–1815 гг.
Показан идеальный вариант, т. к. в действительности части предметов униформы и снаряжения не хватало или они заменялись произвольными образцами. Реконструкция выполнена на основе материалов, собранных С.Е. Калининым
<p><strong>«Львиное отступление» Неверовского</strong></p>“Newerowski fit une retraite de lion”
Ph. Segur.
“День 2 августа принадлежит Неверовскому. Он внёс его в историю…, окруженный, отрезанный, совершил своё львиное отступление, самими неприятелями так названное»
П.Х. Граббе
