- Не стоит бросаться словами, мессир. Вы не знаете, что такое любовь. Вы всегда думали только о себе, и продолжаете это делать. Прошу, не делайте больше попыток сблизиться со мной, я вам больше не верю.
- Я завоюю твое доверие заново, малышка,- сказал он мне в спину.
- Ваше право,- устало ответила я, не оборачиваясь, и пошла вперед наугад.
Наставник догнал меня, молча указав направление, я так же молча кивнула, и пошли к карете, в которой изнывала Тэрин.
* * *
Ранкарда встретила нас дотошным досмотром на границе. Наши документы проверили три раза обычным способом, но так и не нашли, к чему прицепиться, амантийские тайные службы ерунду не делали. На четвертый решили магическим способом заодно и нас самих просмотреть, а вот это уже могло стать для нас проблемой, и я заволновалась. Тэрин следила за ранкардскими пограничниками своими обычным взглядом цепного пса, вгоняя одного из них в явный трепет.
- Почему ваша служанка так смотрит на нас,- наконец, спросил он.
- Она не служанка, она телохранитель моей дражайшей супруги,- ответил барон Магридис.- Это ее работа, следить за теми, кто приближается к госпоже.
К нам направился маг в форме ранкардских досмотрщиков.
- Дорогой, долго еще?- капризно заныла я.
- Потерпи, любовь моя,- барон поцеловал мои пальчики.- Господа всего лишь выполняют свою работу.
- Их работа доводить гостей славной Ранкарды до истерики?- я нервно повела плечами.
- Они охраняют свою страну, дорогая,- терпеливо пояснил барон и посмотрел на пограничников умоляющим взглядом.
- Мне их поторопить, госпожа Лонель?- подала голос моя телохранительница.
- Не надо, Тэрин,- раздраженно ответила я.- Пусть уже делают, что должны. Но вы, мой дорогой,- я повернулась к барону,- будете лишены сами знаете чего. - к нам начали прислушиваться.
- За, что, любимая?- возмутился Эржен.
- За мои нервы!- взвизгнула я.
- Господа!- барон выскочил из кареты,- Давайте договоримся, может мы можем как-то ускорить процедуру?
- Стерва она у вас, господин барон,- донеслось до нас чье-то сочувствие, очень невежливое, кстати.
- Стерва,- вздохнул Эржен и бросил быстрый взгляд на карету, где сидела раздраженная я.- Войдите в мое положение, господа.
Маг остановился, быстро прощупал его взглядом. Эржен приветливо ему кивнул и молитвенно сложил руки. Маг кивнул, видимо удовлетворенный чистотой осмотра барона Магридиса. Еще бы, пробить защиту моего наставника было сложно. Он был сильней, и ранкардский маг увидел то, что ему показали. Мне такое, конечно, не под силу, а Тэрин бояться было нечего, она изменила только цвет глаз при помощи цветных линз.
- Любимый!- снова взвизгнула я из кареты.
Это придало барону сил, и он достал свой толстый кошель. Эржен вернулся к нам после десятиминутных торгов с документами в руках. Он приветливо махнул рукой обогатившимся пограничникам, а потом повернулся ко мне с недовольным лицом.
- Ваши нервы, баронесса, обошлись мне в пятьдесят золотых амантийских санталов! - возмущенно сказал барон.
- Вам какие-то деньги дороже покоя собственной супруги?!- воскликнула я, и пограничники с ухмылкой посмотрели на карету, готовую тронуться дальше.- Неделю ко мне не подходите, мерзавец!
- Бедный мужик,- услышали мы все тот же сочувственный голос, и карета, наконец, отправилась дальше.
- Вот-вот, любимая,- Дайанар обвин яюще посмотрел на меня, и я фыркнула.
На ночлег нам пришлось остановиться еще в Аргарсии на постоялом дворе. Чтобы избежать общей комнаты с наставником, я закатила истерику и велела взять мне отдельный номер. Он скрипнул зубами, но мою игру принял. Долго лебезил, уговаривал "свою душеньку" не сердиться, но добился лишь угрозы отлучения от супружеского ложа на месяц. У нас были свидетели, и барону пришлось смириться со страдальческой физиономией. У меня была отдельная комната, в которой со мной спала Тэрин, как мой телохранитель, а наставник остался в одиночестве. Так ему и надо!
Он не трогал меня всю дорогу до постоялого двора. Тэрин переводила удивленный взгляд с меня на Дайанара. Вместо обычной пикировки, мы молча сидели с хмурыми лицами, не глядя друг на друга. Тэрин так и не решилась спросить, что произошло, пока нас не было, хотя по глазам было видно, ей любопытно. Она решилась спросить меня только, когда мы ложились спать. Я неопределенно пожала плечами, и Терин отстала. А утром в изголовье моей постели лежал пышный букет цветов и записка с лаконичным: "Прости дурака". Я улыбнулась против воли, спрятав лицо в душистых лепестках. Но с наставником я осталась по прежнему холодна. Прощать его поступок я не собиралась. Он был расстроен, его проблемы. Впрочем, это же Дайанар Гринольвис, уже через час он начал меня привычно задирать, будто ничего не случилось, и я втянулась в пикировку, даже не заметив этого. Вот как он это делает?!
