Зерно берегли также для обмена. Обменно-торговые связи у русов-индоевропейцев были широко налажены по всем территориям их проживания. Через город русов проходили: соль, сера и битум из Мертвого моря, раковины каури с Красного моря, бирюза с Синая, нефрит, диорит и обсидиан из Анатолии. Вне сомнения, добывать и поставлять все это могли только родственные роды суперэтноса. Широчайший и повсеместный торговообмен той эпохи на огромных пространствах говорит о том, что мы имеем дело с развитым и достаточно единым социальным миром, который уже ни в коей мере нельзя назвать ни первобытным, ни постпервобытным. В первобытности пребывали только пограничные предэтносы. Мы можем с полным правом говорить в отношении индоевропейской общности Ближнего Востока и прилегающих земель как о едином информационном поле-пространстве. Единый язык, единые устои-традиции, единая материальная культура и взаимопроникновение ее носителей во все районы этого пространства. Безусловно, «купцы», пребывая в отдаленных краях, рассказывали тамошнему люду о своей «малой родине», а возвращаясь, описывали соплеменникам увиденное. Русы-индоевропейцы знали о тогдашней ойкумене практически все, никакой замкнутости, узости мышления и кругозора не было. Это очевидно из материалов импорта из раскопов. Иерихон-Ярихо был форпостом тогдашней цивилизации.
Не забывали жители Ярихо и охоту. Они были умелыми охотниками и воинами. В раскопах обнаружено множество искусно сделанных из обсидиана и камня наконечников стрел и копий.
Русы Ярихо были первыми на Земле ирригаторами и инженерами. Они обеспечивали обводными каналами свои посевы. В самом Иерихоне было несколько больших каменных емкостей, обмазанных глиной, к которым вели длинные желоба. Таким образом собиралась и хранилась дождевая вода.
Археологами установлено, что стены, башни, хранилища, укрепления постоянно ремонтировались и обновлялись. Это говорит о разделении труда в городе и высоком уровне дисциплины. И это неудивительно, без системы качественного и надежного управления город численностью в три-четыре тысячи человек не смог бы просуществовать на протяжении двух с лишним тысячелетий (напомним для сравнения, что Москве, к примеру, всего восемьсот шестьдесят лет). Высокий социально-общественный уровень русов Ярихо очевиден.
Покойников хоронили под полами жилищ. Причем головы отделяли от тел и хоронили отдельно. Есть предположения, что совершались повторные погребения: первоначально закапывали под пол все тело целиком, затем, когда плоть истлевала, делали вскрытие, отделяли черепа и в дальнейшем использовали их для ритуальных целей. Черепа покрывали глиной, как бы воспроизводя лицо усопшего, в глазницы вставляли раковины каури. Деталей самого магического обряда мы не знаем. Но культ «мертвой головы» у русов Ярихо был развит и стоек чрезвычайно. Мы можем с полным основанием утверждать, что кельты заимствовали культ «мертвых голов» именно у русов-индоевропейцев Ближнего Востока через русов Малой Азии. Остается открытым частный вопрос: были ли сами русы-кельты непосредственными прямыми потомками ближневосточно-анатолийских русов или они переняли традицию у таковых в бытность своего проживания в Анатолии (кельты-галаты)? Этот вопрос требует специального рассмотрения. Но сам факт свидетельствует о культурном единстве различных родов-племен суперэтноса русов.
