Вся Месопотамия и значительная часть Сирии представляют собой низменность, окаймленную горными хребтами и нагорьями. С запада эта низменность прикрыта высоким горным хребтом Ливан, переходящим в хребты Кармеля, а дальше уже в Малоазийский Тавр, с севера на больших пространствах возвышается Армянское нагорье – огромная горная страна, переходящая на северо-западе и западе в горы Загроса, тянущиеся до Персидского залива и по всему его восточному побережью. С юга низменность ограничена естественной преградой – Сирийской и Аравийской пустынями. То есть мы видим нечто напоминающее огромый ковш с высокими краями с трех сторон и достаточно узким и низким носиком-стоком в районе впадения Тигра и Евфрата в Персидский залив. Отсюда, из Персидского залива (значительно реже из Средиземного моря, где надо преодолевать высокие края «ковша»), воды Индийского океана и поступали в сирийско-месопотамскую низменность, заливая ее совокупно с дождями, с водой, которую давали тающие ледники гор, и затапливали низменность до предгорий.
С 4 тысячелетия до н. э. в Верхней и в Нижней Месопотамии протекает довольно-таки стабильный процесс становления протогосударств и государств. Значит, к этому времени потопы прекращаются – это вполне определенно. И сама Месопотамия перестает быть болотом. Следовательно, временные рамки сужаются – потопы могли быть в период с 12-го по 7-е тыс. до н. э.
Но в 12–10 тыс. до н. э. русы-натуфийцы, скажем, преспокойно живут на своих террасах в Кармеле, хотя предгорья Кармеля не столь возвышаются над уровнем моря, чтобы их не залило при настоящем вселенском потопе. Натуфийцев не заливает водами. Более того, они спускаются ниже – в иерихонские низины, в долины Иордана. За русов Зарзи, Шанидара, Бейды и прочих городищ, расположенных в предгорьях, мы можем не беспокоиться – им не страшны потопы. Тем более в полной безопасности были русы Хасилара, Чейеню-Тепеси, Чатал-уюка – воды ни одного из губительных потопов не смогли бы до них добраться. Следовательно, страдали от потопов исключительно жители низменностей и долин. Они спасали – кто мог – свои жизни бегством в предгорья Загроса, Ливана и, прежде всего, от вод, настигающих их с юго-востока, они уходили на север и северо-запад – на Армянское нагорье.
Большинство ученых связывает повышение уровня мирового океана с таяниями ледников. И это, пожалуй, единственное научное обоснование потопов. В 10 тыс. до н. э. наступило потепление, закончилась эпоха оледенения. Но это вовсе не означает, что вся ледниковая шапка на Северном полюсе разом растаяла и огромной волной смело все живое с лица планеты. Нет, таяние проходило постепенно. Уровень Мирового океана повышался медленно. Люди успевали отходить на возвышенности. Те, кто обитал на них, испытывали трудности не от потопа, а от притока новых поселенцев, новых едоков.
Настало время, когда русы-индоевропейцы уже не могли переходить посуху на Кипр-Олешье, на другие острова, которые поглотило море (здесь следовало бы основательно поработать подводным археологам). Кипр уцелел, но его обитатели остались в изоляции, сохранив, кстати, свой первичный антропологический облик.
Сейчас мы с вами подходим к чрезвычайно важному в вопросе этногенеза русов-индоевропейцев моменту. Как мы помним, в пещерах предгорий Кармеля и Ливанского хребта были обнаружены останки представителей подвида Хомо неандерталенсис новой, не вымирающей, а приспосабливающейся к новым условиям, прогрессивной ветви неадертальцев. Эта ветвь оказалась достаточно перспективной в силу своей приспособленности к меняющимся природным условиям и увеличенному объему головного мозга. Появился модернизированный неандерталец задолго до перехода прарусов на Ближнем Востоке из стадии бореалов в стадию индоевропейцев. Появился новый тип неандертальца еще в бытность проторусов-кроманьонцев. Однако он не мог составить им реальной ощутимой конкуренции – и в силу своей малочисленности, «немоты» и другим подвидовым признакам.
На протяжении тысячелетий, приблизительно с 25 тыс. до н. э. по 12 тыс. до н. э. новый предэтнос частично смешивался с представителями суперэтноса русов-индоевропейцев, соответственно прогрессируя и преодолевая негативные признаки неандертальца. Но в значительно большей степени этот новый предэтнос вытеснялся чрезвычайно активными родами кроманьонцев-бореалов из плодороднейших долин, заполненных стадами антилоп, буйволов, газелей (то есть животной пищей), все дальше на север – на Армянское нагорье.
