"... – Что-то запаздывает дочка! – Мама смотрит на часы. – Уже двадцать минут, как кончились уроки.Продолжительный звонок. Бабушка спешит в прихожую, открывает дверь и ахает.Маруся, очень весёлая, стоит на пороге, но в каком она виде! Взъерошенные волосы. На щеке грязное пятно. Одна из пуговиц висит на ниточке.– Мамочка! Бабушка! – кричит Маруся. – Как интересно было! Ну прямо сказка. Раз, два – и превратилась я в настоящую первоклассницу. Вы меня теперь не узнаете!– Постой, постой! – перебивает мама. – А почему ты в таком страшном виде?– А это я с Серёжей подралась. У него ещё хуже вид! – с торжеством сообщает Маруся. ..."
Большое, сияющее чистотой, только что отремонтированное школьное здание. У двери табличка:
Против школы стоит Маруся, девочка лет семи, и разглядывает её во все глаза. Можно подумать, что она считает, сколько тут окон, сколько водосточных труб, сколько балконов, сколько карнизов. Под мышкой у Маруси – большой свёрток.
Наглядевшись, Маруся храбро подходит к школьной двери, дёргает её за ручку, но дверь не открывается. Маруся дёргает её посильней, а дверь ни с места. Тогда Маруся повисает на дверной ручке, тяжелая пружина подается – наконец школьная дверь распахивается перед упрямой Марусей.
Она входит в школу и останавливается растерянно. Перед ней прихожая., большая, как двор. Стоят пустые вешалки. И так тихо здесь, так пусто! Неужели во всём огромном доме ни одной живой души?
Вдруг Маруся слышит: далеко-далеко кто-то запел.
Девочка бросается к лестнице, бежит наверх, прислушиваясь. Высокий, просторный коридор. По одну его сторону сверкают недавно вымытые окна, по другую темнеют высокие двери. Вот она, та дверь, за которой поют.
Маруся стучится.
– Открывайте, не заперто! – слышит девочка мужской голос.
Она входит и видит… Большая пустая комната. Пол закапан известью и краской.
Высоко на козлах стоит маляр. Напевая что-то, он красит оконную раму.
– Здравствуйте, – говорит девочка.
– Здравствуй, – отвечает маляр.
– Скажите, пожалуйста, что, эта школа ещё не готова?
– А зачем тебе знать, готова или не готова?
– А вдруг она не откроется первого сентября?
– Что ты, что ты! – пугается маляр. – Мы своё дело сделаем. Мы понимаем, что это за день первое сентября.
– Вот хорошо! – говорит девочка радостно. – Скажите, а в какой комнате записывают в первый класс?
– В тридцать восьмой, – отвечает маляр.
– А какая она?
– Кто она?
– Тридцать восьмая комната.
– Как тебе сказать… Ну, тридцать восьмая и есть тридцать восьмая. Ах, понимаю! Ты цифр не знаешь!
– Знаю. Знаю ноль, один. Ещё знаю шесть. Девять помню. А вот тридцать восемь забыла.
– Понятно, – отвечает маляр. – Ну, тогда пойди в коридор и гляди. Из какой комнаты будут выходить маленькие девочки, там и записывают. Поняла?
– Спасибо, – отвечает Маруся и снова выбегает в коридор.
Садится на подоконник. Терпеливо ждёт. Прислушивается. И вот, наконец, одна из дверей открывается, и молодая женщина выходит в коридор. Она ведёт за руку девочку в белой панамке.
– Вот видишь, Верочка! – говорит женщина. – Какая добрая учительница. А ты не хотела идти…
Маруся скорее бежит в ту комнату, из которой вышла Верочка.
У неё разбегаются глаза.
Прежде всего она видит форменное платьице, коричневое, с белым воротничком и чёрным передником.
Платьице это укреплено на фанерной доске, окленной цветной бумагой.
На витрине напротив – учебники для первого класса, ручка, карандаши, тетради – всё, что нужно принести первокласснику с собой в школу в первый день занятий.
А за столом, прямо против двери, сидят две женщины. Наверное, учительницы. Одна, помоложе, записывает что-то на большом листе бумаги. А другая, постарше, глядит на Марусю через круглые очки. Чёрные глаза её за стёклами очков кажутся огромными и сердитыми.
Молодая учительница говорит ласково:
– Не бойся, девочка.
– Здравствуйте, тётя! – говорит ей Маруся.
– Меня зовут Анна Ивановна.
– Здравствуйте, Анна Ивановна, – поправляется Маруся.
– А ты кто? – спрашивает учительница.
– Я Маруся Орлова.
– Зачем пришла?
– В школу записаться.
– А почему ты пришла одна, без мамы или папы?
– Папы нет дома – он лётчик, он сейчас улетел в Заполярье, а мама не может. Вчера обещала пойти, а сегодня говорит: подожди до завтра.
– А ты ждать не любишь? – спрашивает седая учительница.
– Все девочки с нашего двора записались уже, – объясняет Маруся. – А маме всё некогда. Вот я и пришла. Я документы принесла.
– Какие? – спрашивает Анна Ивановна.
– Все! – отвечает Маруся и кладёт на стол большой свёрток в газетной бумаге.
– Что это? – спрашивает учительница.
– Документы.
– А где ты их взяла?
– В комоде. Вы, какие нужно, возьмите. А какие не нужно, я отнесу домой.
Маруся разворачивает свёрток и показывает учительнице документы.
– Вот! это бабушкин паспорт. А это квитанция за телефон. А эта, синенькая, – за квартиру. А это письма от папы. А здесь в конверте мои волосы, когда мне был один годик. Это орденские книжки – мамины. Моя мама – доктор, а во время войны была капитан медицинской службы. А это я, когда мне было два месяца.
– Достаточно, – складывая документы, говорит Анна Ивановна.
– Одну минуточку! – просит вторая учительница. – Дайте мне посмотреть на телефонную квитанцию. Так. Благодарю вас.
Внимательно взглянув на квитанцию, учительница выходит из комнаты.
– Так, Маруся, – говорит Анна Ивановна, – хорошо. Ты, значит, очень хочешь учиться?
– Очень!
– А что ты умеешь делать? Читать умеешь?
– Да, – отвечает Маруся. – Вот. Глядите.
Маруся наклоняется к книжке и читает, водя пальцем, отыскивая только знакомые буквы: