Годный клиент нашелся быстро. Понаблюдав за краснолицым полноватым мужичком в расстегнутой накидке, девушка ухватила со стола кружку и двинулась к нему. Судя по виду — не богат, не женат, склонен к апоплексическому удару. Идеальный вариант.
— Удивительно, почему такой симпатичный мужчина до сих пор сидит один? — промурлыкала девушка, словно невзначай касаясь тонкими пальчиками грубой ладони лютецианского трудяги.
Тот вскинулся, на лице расплылась довольная улыбка.
— Да вот, недолго я один сидел, — произнес он, подбоченившись.
Мара смущенно заморгала.
…Утерев испачканные кровью губы, девушка похлопала мужичка по щеке и поднялась.
— Ты, верно, никогда не был так счастлив, как сегодня, мой апельсиновый, — покачала она головой. — Жаль, что счастье столь переменчиво.
Вздохнула.
Насыщение пришло, но желанной отрады, увы, не доставило. Суккуба с досадой пнула ветхий сундук, стоявший у стены. Неужели она теперь все время будет думать об этом кареглазом изменнике? Он мешает ей получать удовольствие!
Дольше в комнатке оставаться не хотелось. Поживиться здесь нечем, а убогая обстановка радужному настроению не способствовала. Одевшись, Мара нырнула за дверь и сбежала вниз по лестнице. Уже на улице ее настигли глашатайские вопли, раздававшиеся на соседней улице:
— …беспримерную храбрость выказывают отважные галлы и их союзники. Наши доблестные войска продолжают теснить отступающего противника. Алемания скоро будет полностью очищена от вероломных захватчиков и их приспешников.
Мара криво ухмыльнулась. Значит, со дня на день этот сушеный мухомор, мэтр ди Альберто, пошлет сообщение эльфийке. Как все это не вовремя.
Она набросила капюшон и заскользила вдоль стен и проулков древнего города.
Пальцы коснулись плеча Финеаса. Сначала аккуратно, стараясь не тревожить сверх необходимого, потом сильнее, а затем и вовсе принялись трясти мага безо всяких церемоний. Финеас вздрогнул, одной ладонью хватаясь за руку, посмевшую нарушить его покой, второй за кинжал на поясе — и очнулся.
— Ну наконец-то! Я думал, ты до Рагнарека дрыхнуть собираешься.
— Идрис… скотина ты этакая, я за прошлые сутки часа два спал.
Маг потянулся, спуская ноги с дивана, на котором минут сорок назад прикорнул как был, в одежде и при оружии.
— Я три! — гордо сообщил варяг. — Но это не повод. Вставай. Эльфы пришли.
Финеас поднял на него взгляд, мгновенно переставший быть сонным.
— Что?
— Что слышал. Добралась до нас помощь все-таки. Они на кораблях поднялись вверх по Рейну, а оттуда двигались пешим маршем.
— Ясно. — Маг уже натягивал сапоги. — Где их разместили?
— Нигде, они собственный лагерь разбивают, почти у самых ворот. Их предводитель вроде тебя знает, спрашивал по крайней мере.
— Что ж, лучше поздно, чем… Идем.
Он вскочил, оправляя сорочку и пристегивая ножны меча. Идрис вдруг замялся, опустил глаза, рассматривая ничем не примечательные диванные ножки.
— Это… с ними Исилвен, — сказал он тихо.
Прочитать что-либо по лицу Финеаса было невозможно, только замерли на миг руки, сражающиеся с непослушными завязками колета.
— Хорошо, — отозвался маг.
Название городишки, который они заняли позавчера, успело выветриться из памяти. Два месяца кряду объединенная армия галльских и германских племен, единожды начав, не прекращала шествия по княжествам, захваченным войсками Хессанора. Не всегда это шествие было победоносным, и платили за него суровыми жертвами, но селение за селением области переходили под власть прежних правителей.
Прислали свои полки островитяне-бритты, Мезия собралась с силами и вступила в битву на юге. Ахейцы переплыли море, высадившись на землях Генуи и Рима. Несмотря на то что побуждения мореплавателей несли корыстный оттенок — италийские города издавна славились богатством, — даже это было лучше чудовищных ратей завоевателей. А с востока медленно, но верно надвигались дружины русичей.
Власть Хаоса, хоть и выстроенная на магии и страхе, не смогла закрепиться. Рушились наспех возведенные оборонные валы и форты, разбегались люди, едва почуяв ослабление заклятий подчинения. Но большинство гибло. Брошенные в бой против своих же освободителей, заморенные непосильной работой на благо служителей Хаоса, убитые за то, что посмели бороться против нового миропорядка. Да, местные князья и царьки не были сделаны из меда и патоки, однако узурпаторы оказались в десять, в двадцать раз хуже.
Конец апреля галльское войско встречало в Баварии. Солнце то накаляло доспехи так, что в них становилось невозможно дышать, то пряталось за чередой грозовых ливней, и тогда на очередном марше приходилось брести по колено в липкой грязи. Ратники устали. И после взятия очередной крепости военачальники скомандовали отдых.
Идрис и Финеас объявились в расположении полков лишь неделю назад. Армия приближалась к Богемии, а там, судя по донесениям, скрывался тот, кто был им нужен, — черный колдун. Но в недавнем штурме городишки поучаствовать довелось обоим. Вчера же в лагерь прибыл мэтр ди Альберто и увязавшаяся за ним Мара.
