В моей каминной трубе завывает,
А мне лучше в тепле помечтать.
Разгулялась она не на шутку,
Тем не сладко, кто где-то в пути,
Я говорю ей: заткнись на минутку!
Путник должен до дому дойти.
Но у ней есть другое задание:
Все дороги снегами забить,
Кто в пути, всем грозит испытание,
До утра надо как-то им жить.
Когда я был ранен в бою,
Друг мне подставил плечо,
Он отдал мне каску свою,
Нам было тогда горячо.
Мы три дня выходили из боя,
Я же вообще не ходил,
Мины летели в нас с воем,
Меня на себе он тащил.
К своим кое-как мы добрались,
Он сразу обратно пошёл,
А мною хирурги занялись,
Сказали: вторую я жизнь приобрёл.
Говорят, что я дважды рождён,
А друг не вернулся с войны,
Враг наш разбит, побеждён,
Свои жёлтые сушит штаны.
Я сына именем друга назвал,
Он будет такой же герой,
И чтоб на Россию никто не напал,
Охранять её будет покой.
Уходит моё поколение,
Уходят один за другим,
Появляется часто давление,
И все болезни, что связаны с ним.
Суставы хрустят при движении,
Бессонница мучит ночами,
Аптечка забита лекарствами,
И врачи замучились с нами.
Мы здоровье своё не жалели,
На работе губили себя,
Шли пахать, даже если болели,
О патриотизме своём не трубя.
И за это мы к старости мучимся,
Диагнозы в тайне храним,
С набором болезней жить учимся
И с мечтой, что мы их победим.
Жизнь к старости всю вспоминаем,
Теперь только прошлым живём,
Что ожидает нас завтра? Не знаем
И в гости детей своих ждём.
Божья коровка в окно залетела,
и сразу же вспомнилось детство.
Всем своим видом душу задела,
для памяти лучшее средство.
На руку тихо ко мне опустилась,
любимая с детства букашка.
Часто и радостно сердце забилось,
словно в силки залетевшая пташка.
Вспомнил, как в детстве когда-то кричали:
«Лети, коровка, на синее небо!»
И тут же хором громко просили:
«Принеси, коровка, нам белого хлеба».
Я тихо с коровкой к окну подошёл
и глянул на синее небо.
Лучше сказать ничего не нашёл,
как: «Принеси мне, коровка, белого хлеба».
Море волну нагоняет
на берег пустынный, крутой.
Море ноги мои обнимает
холодной и пенной волной.
Море меня понимает,
я же бывший бродяга морской.
Мне песню свою напевает
и не хочет расстаться со мною.
Я по берегу буду бродить
аж до самого позднего вечера,
чтобы воздух целебный попить
и шторма дождаться, идущего с севера.
Распахну на груди свой бушлат,
чтоб тельняшку свою показать.
Я морской был когда-то солдат
и умею шторма предсказать.
Он где-то уже к нам спешит
с трёхметровой сердитой волной.
Я люблю, когда море штормит,
не тушуйтесь, братва, шторм нам свой.
А в России всё так же воруют,
А в России всё так же берут,
В этом обществе так вас обуют,
А захотят, так и дом обнесут.
Амбиции здесь выше крыши,
Каждый хочет большой мерседес,
Наживы воздухом дышат
И живут как на поле чудес.
А в России всё так же воруют,
Как было лет двести назад,
А кто имеет должность большую,
Тот украл не один миллиард.
Миллиард перевёл за границу,
Чтоб ещё хоть немного украсть,
Как поймают, он сразу в больницу,
С головой, мол, такая напасть.
Их сотнями всех закрывают,
Они же крадут всё равно,
За решёткой свой срок отбывают,
А семья за границей давно.
Мне страшный сон приснился,
Как будто я женюсь,
А утром я проснулся,
От страха весь трясусь.
Однажды я женился,
Со свадьбы убежал,
Один дома напился,
Чуть белку не поймал.
Теперь своим невестам
Представляюсь как алкаш,
Пусть буду я нечестным,
Свободным, но не ваш.
Меня все презирают
И алкашом зовут,
Зато бомжи все знают
И водку мне несут.
Я водку эту прячу,
Потом им отдаю,
А как мне быть иначе,
Ведь я вообще не пью.
Десять лет, как с семьёй я расстался
И уехал в другой город жить,
Я с другой никогда не встречался
И никого не пытался любить.
Дочки мои уже взрослые,
У каждой своя есть семья.
Мы с женой оказалися разные,
И уехать должен был я.
Я уехал на старой машине,
Ничего с собою не взяв.
Ремонт сделал в съёмной квартире,
Обет холостяцкий приняв.
С тех пор живу я один,
Вкус личной свободы почувствовал,
Когда грустно, топлю свой камин,
Чтоб огонёк в моей жизни присутствовал.
Холостяцкая жизнь мне по нраву,
И умею я делать всё сам,
Хлеб выпекаю на славу,
Вкус имею к хорошим борщам.
И блины получаются вкусные,
Так что можно язык проглотить,
В общем, делаю вещи все нужные,
Холостяком научился я жить.
Под небом немецким дождливым
Мне степи полынные снятся,
И со скучною жизнью сонливой
Всё чаще мечтаю расстаться.
Ночами я часто скучаю
По запахам пыльных степей,
Мне снится, как я догоняю
Табун полудиких коней.
Как когда-то в весенних околках,
Берёзовый пью сок живой
И с отцом на скрипучей двуколке
Из гостей возвращаюсь домой.
Помню запахи жатвы осенней,
Бурты хлеба на крытых токах,
Полёт уток на зорьке вечерней
И деревни в сибирских снегах.
Это всё в моей памяти живо,
Ничего не забыто с годами,
И как было весной там красиво,
Да вы это всё знаете сами.
Никогда тебе не погреться
У разведённого мною костра,
Никогда тебе не наесться
