- Придумывать, конечно, можешь! - продолжал инженер, так и не дождавшись объяснения, что именно решили ребята. - И делать опыты - тоже. Только - прошу тебя - с разрешения старшего научного сотрудника Елизара Иннокентьевича Мурашова. Вообще, поле деятельности у тебя будет большое. Вот, например, некоторые задачи, стоящие перед лабораторией: необходимо выяснить, почему коэффициент полезного действия вибраторов ниже теоретического. Что можно сделать, чтобы его увеличить? Ведь теоретически для обработки определенного участка поля можно затрачивать энергии в два раза меньше. Или, наоборот, энергия, затрачиваемая на работу вибраторов, теоретически должна обрабатывать участок поля, в два раза больший, чем получается на самом деле. Понятно?
- Наверное, не вся сила звуковых колебаний попадает в землю, - вставил Семен.
- Возможно. А может быть, энергия теряется в стальных башмаках, через которые вибрация попадает в почву, или дело в конструкции самих вибраторов... Повторяю, не воображай, пожалуйста, что я назначаю тебя научным сотрудником. Ни в коем случае! Твоя задача - подчиняться безусловно и выполнять все поручения старшего научного сотрудника, делать мелкую слесарную работу, связанную со сборкой и прочее. Но голова у тебя буйная и светлая: подумай! В случае появления каких-нибудь интересных идей - обращайся ко мне. Ты радиолюбитель, с электрическими радиосхемами знаком, значит, разобраться в действии вибраторов тебе будет не очень трудно. Ведь целый ряд значительных изобретений, помогающих радиотехникам шагнуть вперед, сделали не радиоспециалисты, а радиолюбители, слышал?
- Слышал, - гордо ответил Семен. - Сверхгенеративный супергетеродинный приемник и практическое использование коротких волн изобрели радиолюбители.
- Правильно... Я тоже ломаю голову над тем, как улучшить коэффициент полезного действия вибраторов. К сожалению, у меня не одна только эта забота. Есть и другие... Так вот: какая-то мелочь тормозит все дело. И это несмотря на то, что исследования поставлены очень солидно. Одни математические работы Чугунцева чего стоят! А ты посмотри на это дело по-своему, по-простому. Быть может, какая-нибудь очень несложная мысль изменит все положение. Только еще раз повторяю: все это между делом! Не вздумай отлынивать от каких-либо поручений! - Он задумался на мгновение и добавил: - Надеюсь, ты не будешь ни перед кем хвастаться нашим сегодняшним разговором...
- Это даже напрасно вы меня предупреждаете... - буркнул Семен.
- Должен сказать тебе честно, что мое поручение, вероятно, не так полезно ОКБ, как лично тебе. Если ты нам и не поможешь, а это вполне может случиться, то тебе самому пребывание в лаборатории пойдет на пользу.
Все сказанное очень взволновало Семена. Конечно, инженер не придает серьезного значения изобретательской "помощи" Семена - он просто ставит перед ним интересную и увлекательную задачу, помогающую развивать изобретательские способности. Но это еще как сказать... Будущее покажет! Если подумать как следует...
Семен вспомнил, как Александр Андреевич лестно отозвался в этом разговоре о Чугунцеве: "Одни математические работы Чугунцева чего стоят!". Как бы объяснить инженеру, что Леонид Карпович к нему плохо относится? Не ябедничать же в самом деле!
Но к великой радости Семена инженер сам завел разговор о "кандидате".
- Расчеты магнитострикционного вибратора, - сказал он, - связаны с высшей математикой, которой ты не знаешь. Ты можешь выдумывать и комбинировать в своей голове только то, что доступно твоему пониманию и твоему изобретательскому чутью, но проверить свои соображения математически, конечно, тебе будет не под силу. В этом случае обращайся за помощью к Леониду Карповичу.
- Да он, наверное, только смеяться будет, - заметил Семен.
- Почему ты так думаешь?
- Он всегда подсмеивается... Вообще, он какой-то сухой, как будто ни во что не верит...
- Знаю, - отрывисто проговорил инженер. - Этим он и ценен. Понятно?
- Нет, - чистосердечно признался Семен.
Александр Андреевич посмотрел на часы. Видно, он куда-то спешил или просто считал, что уже достаточно времени уделил молодому изобретателю. Тем не менее он сказал торопливо:
