В начале 1863 г. возникла опасность войны между англо-французской коалицией и Россией. Отсутствие на Балтийском море современного флота заставило русское правительство принять срочные меры для защиты Финского залива и морских подступов к столице, так как деревянные винтовые канонерские лодки, спешно построенные в период Крымской войны, не могли обеспечить береговую оборону, а заказанные броненосные батареи (см. сборник статей ''Первые русские броненосцы", Сп-б, 1999) еще находились в постройке. Капитан 1 ранга С.С. Лесовский и капитан корпуса корабельных инженеров Н.А. Арцеулов, посланные в 1862 г, в Соединенные Штаты Америки для изучения постройки броненосных судов, обратили внимание Морского министерства па броненосные лодки системы шведского инженера Эриксона с вращающейся башней, прообразом которых стал известный "Монитор". В связи с этим министерство разработало так называемую "Мониторную кораблестроительную программу" 1863 г., предусматривавшую строительство 11 мониторов (10 однобашенных и один двухбашенный).
В начале 1863 г. возникла опасность войны между англо-французской коалицией и Россией. Отсутствие на Балтийском море современного флота заставило русское правительство принять срочные меры для защиты Финского залива и морских подступов к столице, так как деревянные винтовые канонерские лодки, спешно построенные в период Крымской войны, не могли обеспечить береговую оборону, а заказанные броненосные батареи (см. сборник статей ''Первые русские броненосцы", Сп-б, 1999) еще находились в постройке.
Капитан 1 ранга С.С. Лесовский и капитан корпуса корабельных инженеров Н.А. Арцеулов, посланные в 1862 г, в Соединенные Штаты Америки для изучения постройки броненосных судов, обратили внимание Морского министерства па броненосные лодки системы шведского инженера Эриксона с вращающейся башней, прообразом которых стал известный "Монитор". В связи с этим министерство разработало так называемую "Мониторную кораблестроительную программу" 1863 г., предусматривавшую строительство 11 мониторов (10 однобашенных и один двухбашенный).
По возвращении из США 16 марта 1863 г. Н.А. Арцеулов представил подробные чертежи и спецификации кораблей типа "Пасаик", указав, что их корпус погружен почти полностью в воду и очень низкий надводный борт представляет мало заметную цель. Кроме того, при небольших размерениях корабли удобны для действий в мелководных стесненных районах Финского залива.
Решение воспользоваться американским проектом вызывалось отсутствием времени, средств и опыта строительства броненосных кораблей. И марта 1863 г. министерство утвердило программу постройки десяти броненосных кораблей ("Ураган", "Тифон", "Стрелец", "Единорог", "Броненосец", "Латник", "Колдун", "Перун", "Вещун", "Лава"). В модельной мастерской Петербургского порта по приказу Управляющего министерством адмирала Н.К. Краббе выполнили модель "американской броненосной лодки", внеся в проект "изменения для улучшения ее конструкции". Для ускорения строительства заказы на постройку кораблей разместили не только на казенных заводах, но по подряду и на частных верфях. Бельгийское общество "Коккериль" обязалось построить лодки в Бельгии и по частям доставить их в Петербург, где собрать на построенной для этого верфи.
Конструкция броненосных башенных лодок в основном повторяла американский тип. Водоизмещение составляло 1500–1600 т, наибольшая длина 61,3, ширина 14, осадка 3,3, высота надводного борта 0,46 м. Корпуса имели большие свесы в носу — для размещения четырехлапого втяжного якоря (впоследствии названного "мониторным") — и в корме — для прикрытия руля и винта от снарядов. Длина кораблей без свесов равнялась 53, ширина 12,6 м.
Корпуса разделялись переборками на шесть отсеков. Поперечный набор корпуса состоял из шпангоутов уголкового железа (100 х 12,7 мм) и дубовых бимсов (300 х 300 мм), коробчатый киль — из 18,9-мм железа, фор- и ахтерштевни — кованые, обшивка из листового 12,7-мм железа. На 51 и 61 шпангоутах устанавливались водонепроницаемые переборки из 12.7-мм железа. От переборки 5) шпангоута в нос под бимсами располагались три ряда железных 50-мм пиллерсов, в корму шел только средний ряд пиллерсов, так как продольные переборки от 53 до 93 шпангоутов составляли дополнительную опору для бимсов. Палуба настилалась из двух слоев сосновых брусьев. Энергетическая установка состояла из двух трубчатых котлов системы Мортона с площадью нагрева 290,7 м2 и давлением пара 1.4 кг/см и горизонтальной двухцилиндровой машины системы Гомфрейса мощностью 340–500 л.с., работавшей на четырехлопастный гребной винт диаметром 3.6 м. Скорость (на разных кораблях) достигала от 6,5 до 8 уз. Кроме того, имелись две паровые двухцилиндровые машины для привода машинного вентилятора (20 л.с.) и для подъема и поворота орудийной башни (15 л.с.).
Запаса угля (190 т), хранившегося в двух бортовых и одной средней угольных ямах, хватало на 10 суток хода при скорости 6 узлов. Две центробежные помпы системы Гвина производительностью 2.8 и 5,5 т/мин могли откачивать воду из подбашенного и машинного отделений.
Вооружение первоначально состояло из двух 229-мм стальных гладкоствольных орудий, заряжавшихся с дула, с чугунной оболочкой, размещенных в башне высотой 2.7 и внутренним диаметром 6,38 м. Башня сверху усиливалась рельсовым железом. Рельсы, уложенные на расстоянии 75 мм один от другого, закрывались сверху железными листами толщиной 12.7 мм с просверленными для вентиляции отверстиями.
Для лучшего обзора при наведении орудий в крыше имелись два люка. На башне устанавливалась рулевая рубка, защищенная дополнительно по периметру башни коечными сетками. Сверху над рубкой и башней предусматривался брезентовый тент. Всей массой башня опиралась на опорное палубное кольцо. Для поворота башни требовалось сначала ее приподнять, чтобы перенести тяжесть на центральную колонну диаметром 305 мм, опиравшуюся на днищевой фундамент, затем повернуть и снова опустить.
