Слегка возвышающиеся над водой дорожки уходили до горизонта, изредка перемежаясь плоскими озеленённым площадками, по форме и размерам более всего похожими на крыши типичных зданий (сверху и на каждом из наземных разводился небольшой сад). Неужели в Белокермане, а может и в других странах, застроили всё водное пространство? Почему-то такое доказательство могущества местной цивилизации не порадовало, а наоборот, навеяло грусть. Слишком всё чисто, слишком правильно, а хочется хоть какой-то дикой природы.
Следующим утром посетила международный аэропорт и с удивлением узнала, что для выезда за границу нужен только паспорт и отпуск или увольнение с рабочего места. Но потом прозвучали слова, которые насторожили и заставили задуматься. Дежурный свиус предупредил, что по закону любого белокерманца, который покинул страну больше, чем на месяц, имеют право не пустить обратно. После недолгих уточнений, мне удалось выяснить, что гражданства при этом не лишают, просто могут запретить появляться на территории Белокермана. Мелочь, но лучше учесть, тем более, что недолгая заграничная поездка значится в моих планах. Но спешить не стоит. Ещё хотя бы пару месяцев поживу здесь, освоюсь, заодно поищу информацию. Потом посещу какую-нибудь страну, просто для того, чтобы вживую увидеть разницу. А вот после...
Нет, так далеко загадывать не стоит. Приняв такое решение, я села на метро, а, если точнее, удобно улеглась на полу вагона и продремала все те несколько часов, которые провела в транспорте по пути в деревню.
11 апреля – 3 июня 617132 года от Стабилизации
На следующий день я не стала уклоняться от приглашения Некола спуститься в спортзал после работы: во-первых, он прав, и не помешает немного развеяться, а во-вторых, это может помочь лучше освоиться.
До сих пор не устаю удивляться размерам бассейна в местных домах — он занимает добрые четыре пятых целого этажа. Впрочем, судя по нежной привязанности белорунов к воде и тому, что второй по численности разумный вид Белокермана (свиусы) — земноводный, в этом есть свой резон. Но долго поразмышлять на тему не удалось — Некол сразу же по приходу познакомил меня с группой друзей, и они пригласили сыграть в мяч. Игра напоминала одну из Земных — «вышибалу», а компания оказалась очень общительной и дружелюбной, так что я быстро и незаметно для себя увлеклась и перестала стесняться собственной неловкости. Наигравшись, мы все вместе отправились купаться, и вот тут дело застопорилось. Выяснилось, что выглядящие такими скромными и строгими в обычной жизни белоруны пользуются искусственным водоёмом в обнажённом виде. Голые мужчины и женщины плавали, касались друг друга и безо всякого смущения затевали водные игры. Нет, нельзя сказать, чтобы я принципиально отвергала этот элемент культуры, но идти плавать голой (или даже одетой рядом с голыми) пока не хватало смелости. Поэтому категорически отказалась, что вызвало большое недоумение и многочисленные предложения научить плавать. Я отговорилась от них, сославшись на культурные отличия наших цивилизаций и поспешно покинула помещение.
Обычно я довольно тяжело сходилась с людьми, из-за чрезмерной подозрительности и даже в какой-то мере нелюдимости очень долго держалась на расстоянии. Но в этот раз всё получилось иначе. Может, сыграла свою роль непохожесть поведения белорунов на человеческое, но уже через несколько дней я чувствовала себя в их обществе совершенно спокойно и уютно. Они проявляли просто удивительное дружелюбие, охотно принимали в игры и просто в компанию. Прошло ещё немного времени, и я решилась поплавать в бассейне: сначала в нижнем белье, а потом и вовсе в том виде, что и остальные. Кстати, искусственный водоём оказался на удивление глубоким: лишь на маленьком участке в одном из углов достаточно мелко, чтобы ноги доставали дно, а в остальных местах гораздо глубже четырёх, а то и пяти метров. При этом вышки для прыжков в воду отсутствуют, так что необходимости в искусственном омуте с первого взгляда нет.
Белоруны очень трепетно, с любовью и нежностью относятся к воде. Судя по всему, она играет для них очень важную роль, гораздо большую, чем даже для человека. По крайней мере, при усталости или в расстроенных чувствах они часто посещают бассейн: просто лежат на поверхности воды, отдыхают, а иногда даже спят. Все виденные мной белоруны прекрасно плавали, хотя и не совсем человеческими стилями. Но сильнее всего поражали защитники деревни: в отличие от остальных, они могли гораздо больше времени проводить под водой, их движения были стремительны, плавны и очень необычны. Во время плаванья они казались ещё более далёкими от человека, водными или морскими жителями. Удивительно, но защитники часто опускались к самому дну и могли пробыть там несколько часов, не всплывая даже для того, чтобы глотнуть воздуха. Однажды, застав одного из них выходящим из воды, я не сдержалась и спросила, почему его стиль плаванья и движения так отличается от движений остальных.
