– Тихо, друг мой, тихо. Я иду вперед, ты тихо крадешься за мной по пятам. Ничего без моего ведома не делай.
Крадущуюся походку охотника я давно освоил, умение скрытность хоть и не на максимуме, но и не ноль. Двигались мы довольно быстро, направление движения я определял по взгляду Философа – он напряженно смотрел в одну сторону. Через пару минут шум услышал и я.
Шум мне не понравился. Показалось, что плачет маленькая девочка. Теперь уже кому-то надо было сдерживать меня. Лада!!! Дом Прокла отсюда не так далеко, а Лада с братом иногда далековато убегали от опеки взрослых.
Если «красные» обидели детей Прокла, – я не знаю, что с ними сделаю. Хотя, может, это хитрый план спровоцировать меня…
Я уже почти бежал. Но перед выходом на опушку леса убавил ход и к месту событий подошел уже крадучись, стараясь скрыться за кустом сирени.
На опушке сидела довольно взрослая девушка и горько плакала, так плачут дети, взрослые этого уже не умеют.
Игрок! В одежде новичка она сидела на земле и ревела в три ручья. Рядом стоял парень, такой же нуб, и явно защищал ее от группы красноармейцев. Те стояли вокруг и смеялись. Должно быть, опять гадость сделали. Что за натура у людей? Может, это вынужденная трезвость так сказывается? А эти двое, когда появиться успели? Раньше я их точно не видел. Развернувшись, отполз немного назад и проконсультировал Философа:
– Делаем все очень тихо. Незаметно обогни опушку и зайди с противоположной стороны, когда я подниму руки вверх, ты пострашнее завоешь, потом еще страшнее зарычишь и, наконец, совершенно ужасным образом вылетишь на поляну. Нужно их напугать до икоты, но трогать никого не надо, – я заглянул в его глаза, и от того, что я там увидел, мне стало не по себе. Страшен был в гневе добряк
Философ. Не наломал бы дров…
– Или ты делаешь все, как я сказал, или я делаю все сам, – мой голос прозвучал достаточно решительно, и, тихо ворча, он, наконец, кивнул.
Дождавшись, когда Философ исчезнет в лесу, и, уже не скрываясь, я из лесу вышел. На мое шумное появление все прореагировали по-разному. Двое униженных и оскорбленных смотрели с надеждой, остальные – с раздражением. С удивлением, среди «красных» я увидел местного парня, кажется, его звали Тихон. Он-то как сюда затесался? Хотя это, кажется, сын торговца, если это так, тогда мне все еще понятнее.
– А, опять ты… Задолбал ты нас, смотри, настанет и твоя очередь.
Вожак и его свора озверевших придурков смотрели на меня угрожающе. В том, что их жизнь здесь стала менее комфортной, виноват я, и, возможно, они об этом догадываются. Что не так и сложно. Их проблемы начались с моим здесь появлением.
– Иди куда шел, пока мы добрые.
– Вы не добрые, вы – сумасшедшие. Как вам в голову пришло напасть на несовершеннолетнюю с целью изнасилования? Тихон, а ты знаешь, что тебе за это будет смертная казнь?
Деревенский парень позеленел, видно, он полагал, что об этой истории не узнают, или просто в голову ему ударил самогон. Сами «красные» пить перестали, но спаивать молодежь могли. Он начал бочком двигаться в сторону от компании, в которой ему только что было так весело. – Какое насилие, ты что несешь? – насмешливо возразил самый толстый парень из всей компании.
– Я вижу плачущую девочку в разодранной одежде и группу криминальных элементов с явно преступными намерениями. Либо вы извиняетесь и уходите, либо я приму крайние меры.
Моей задачей было подвести их своими словами к нужной мне реакции.
– Мы ей одежду не рвали, она сама побежала через заросли терновника.
Вожак посматривал сальными глазками на пытавшуюся прикрыть прорехи в одежде девушку.
Скорее всего, они в самом деле запугали ее и вынудили бежать через кусты, гнали как зверя в засаду.
– Но мне интересно, что ты там за меры к нам применишь.
Все шестеро ехидно рассмеялись. Уверенность в своей безнаказанности от одного быстро передалась другим.
Велика сила коллектива.
– Давай, принимай свои меры. Ну! Не тяни, мы ждем.
– Последнее предупреждение. Если вы не извинитесь и не уйдете, я призову на ваши головы суд богов, в соответствии со статьей 12, примечание 48.
Некоторые из них дрогнули, ребята были туповатые с виду – законов и правил игры, скорее всего, не знали, но старший в группе закусил удила. Потерять авторитет среди своих, в присутствии игроков и местных, он не мог себе позволить:
– Давай призывай, мы посмеемся, – все выжидающе уставились на меня.
– Я, свидетель преступления, я призываю суд богов на головы преступников! Их злодеяния переполнили чашу терпения! Справедливость, которую они попирали долгое время, должна быть восстановлена! Я прошу наказать их в обоих мирах и послать МОНСТРА УЖАСА
И ОКОНЧАТЕЛЬНОЙ СМЕРТИ! Пусть он заберет их души и тела из обоих миров и унесет в Хаос! – я воздел руки к небу.
