- Разложение, - проговорил он. - Я не понимаю. Капитан двигался быстрее с каждым шагом и, приближаясь к мостику, уже почти бежал. Сила наполняла его, приятно контрастируя со слабостью прошлых минут.
Коридор был крупной магистралью, проходившей вдоль всей длины неровной спины корабля, словно позвоночный столб. В любое время дня и ночи его наполняли члены экипажа, спешившие по своим делам.
Но не сейчас. В тишине раздавались только шаги Аргел Тала и сопровождавших его братьев.
Повсюду на полу лежали истощенные вытянувшиеся тела, разлагаясь в сухом и затхлом воздухе из кислородных очистителей корабля.
- Они мертвы несколько недель, - сказал Ксафен.
- Это невозможно, - произнес Малнор. - Мы были без сознания не более пяти минут.
Ксафен поднял голову, стоя на коленях у высохших останков сервитора. Бионика свободно отпала от сморщенных конечностей и лежала нетронутой на полу.
- Без сознания? - он покачал головой. - Мы не были
- Сейчас мои сердца бьются, - отозвался сержант. - Твои тоже.
Аргел Тал тоже это видел. Ретинальные дисплеи не лгали.
- Сейчас не время, - произнес он. - Надо идти на мостик.
Воины двинулись дальше, переступая через высохшие трупы, которых становилось все больше по мере приближения к командной палубе.
На мостике их ожидало восемьдесят одно мертвое тело.
Они лежали, разбросав конечности, или сидели, сгорбившись. Несколько свернулись в позе зародыша на полу, прочие съежились на своих местах.
- Они знали, что происходит, - проговорил Ксафен. - Это произошло не быстро. Они что-то чувстовали, умирая.
Аргел Тал задержался у изломанной фигуры капитана Янус Силамор. Она свернулась в своем кресле, словно в свои последние мгновения пыталась спрятаться от чего-то, что рыскало вокруг. Иссушенные, почти мумифицированные черты, сообщили ему все, что он хотел знать.
- Боль, - сказал он, - они чувствовали боль.
Даготал был уже возле одной из консолей управления, оттаскивая в сторону тело офицера. Тело рухнуло на пол, но его покой был снова нарушен Ксафеном, который начал обследовать его — вскрывать его — своим боевым клинком.
Даготал грязно выругался по-колхидски.
- Я вожу реактивный мотоцикл, сэр. Я не смогу управлять имперским боевым кораблем, даже будь у нас рабы, необходимые для обслуживания двигателей.
Аргел Тал отвернулся от останков капитана корабля.
- Просто дай мне общую картину.
Его голос все еще не звучал, не ощущался, как следовало. Будто нечто поблизости говорило в унисон с ним насмешливым хором
- Мы — труп в космосе, - Даготал без какого-либо эффекта покрутил переключатели. - Питание возобновлено не у всех систем. Далеко не у всех. Поле Геллера функционирует, но у нас нет пустотных щитов, плазменных двигателей, энергетического оружия, пушек и систем жизнеобеспечения на половине палуб.
- Маневровые двигатели?
- Сэр, - Даготал замешкался. - До полной остановки мы значительно продвинулись вглубь шторма. Принимая это во внимание и не имея возможности лететь в варпе... На маневровых двигателях у нас уйдет самое меньшее три месяца на выход из... туманности.
- Это не туманность, - проворчал Ксафен. - Ты сам видел, что снаружи. Это не туманность.
- Что бы за ад это ни был, - огрызнулся Даготал.
- Ад — вполне подходящее название, - пробормотал Ксафен, все еще поглощенный своим занятием.
Аргел Тал снял тело капитана Силамор со слишком большого для нее, предназначенного для Астартес, командирского кресла и перенес ее к остальным на край командной палубы. Вернувшись, он сел на ее место, броня лязгнула о металл сиденья.
- Включить двигатели, - распорядился он. - Чем скорее мы начнем, тем быстрее вернемся к флоту.
- Крови нет, - сообщил Ксафен. Он поднялся с колен с клинком в руке, завершив ужасающее расчленение на полу. Вскрытие вокс-офицера Амал Врея никогда бы не попало в официальные записи, но оно бесспорно было проведено досконально.
- В телах нет крови, - сказал Ксафен. - Что-то высосало кровь из их вен и убило всех.
- Ингефель?
- Нет. Ингефель был с нами. Это сделал его сородич.
Сородич. Слова демона болезненно всплыли в сознании Аргел Тала.
Он ощутил, как что-то скользит внутри. Нечто двигалось, обвиваясь вдоль костей рук и ног, скручиваясь в тугую спираль вокруг позвоночника.
- Вызвать всех воинов на мостик, - приказал он, услышав в сознании эхо собственного голоса, беззвучный хор, повторявший его слова.
- И, Даготал, - добавил Аргел Тал, - выводи нас отсюда.
Корабль, медленно вышедший из варп-шторма, значительно отличался от гордого имперского судна, врезавшегося туда. За тонкой пленкой поля Геллера тянулся туман психической энергии, эсминец медленно вращался, что указывало на неисправность систем навигации и повреждение стабилизаторов.
С искореженных башен связи срывались импульсы, повторяя сообщение. Колхидские слова искажали помехи расстроенного вокса.
