— Ее зовут Джанкоу. Даже при нынешнем возрасте она считается непревзойденной красавицей. В прошлом была невестой императора, но она с самых низов, император не решился жениться на ней из-за низкого положения. Кто там её мать, крестьянка? — прошептал Иньху, держась за мою шею и держа клетку на моих плечах. — Непревзойденный воин, красавица, умна как мудрецы с гор. Не смог император ее отпустить, не опробовав в постели, да вот только Джанкоу до свадьбы отказывает даже самому императору. Так она и осталась при дворце, как няня одного из принцев.
— Вы что там шепчетесь? Где бордовый⁈ — закричала Джанкоу вытащив руки из рукавов, и длинные, с мою ладонь, отливающие сталью когти не сулили мне ничего хорошего.
— А смысл с тобой говорить? Отвечу, и сразу же начнется бой, — проговорил я, сделав еще пару шагов вперед. Я силен, но метнуть клетку на такое расстояние я был не способен, потому и тянул время, потихоньку шагая вперед, к ступеням храма. Вокруг границ площади уже собирались твари со всего города.
— Где Бордовый⁈
— Спит, наверное, — усмехнулся я, делая еще пару шагов.
— Ах ты лысый урод, псина имперская, тебя что, одного послали? — удивилась красавица и сошла со ступеней, коснувшись босыми ногами площади. Камень принял ее. — Неужели тебя послали одного?
— А больше и не надо, меня на всех хватит, — оскалился я, идя вперед. — Прикрыла бы ты свои сиськи.
— Нравятся? — обворожительно улыбнулась красавица.
— Видал и получше. Ты в курсе, что Рина из рода Калибана красивее тебя будет?
— Она монстр.
— Ты уже тоже не человек, не живая, не мертвая.
— Не-ет, проклятая тварь, на этой площади стоит лишь один монстр, измененный магией, — улыбнулась Джанкоу. — И это ты, псина.
— Я? — ответил я, собираясь с силами и делая последний шаг. Вот так, теперь я смогу докинуть клетку с Иньху до ступеней храма. Мои сапоги уже дотлели, и я коснулся ногами камня, который моментально накалился. — Что же вас, живого мертвеца, натолкнуло на эту мысль?
— Ты переродился дважды, а один раз прожил полдня. Что же ты за отребье? — оскалилась Джанкоу и вдруг начала мять свою грудь когтями.
— Иньху, прикрой ушки, тут будет беседа с очень интересным существом, — тихо проговорил я, но и Джанкоу услышала меня.
— Сын мой, — устало прошептал Иньху. — Никому, даже императору, жене и Исау, клянусь кровью и жизнью.
Боги услышали его и приняли его клятву. Я почувствовал это всем своим естеством.
Джанкоу остановилась на полушаге и замерла, ее глаза расширились в удивлении.
— Кровь приняла твою клятву, Иньху, — шепотом произнес я, услышав шепот крови.
— Боги приняли его клятву! — перекосила лицо Джанкоу и начала медленно идти по кругу, пропуская меня с Иньху. Красавица словно засомневалась. — Калибан Рык, может, договоримся? У меня есть что предложить….
— Ого, как ты быстро изменилась, — ухмыльнулся я, незаметно рисуя руну скорости. Но вдруг я почувствовал, как еще одно существо приближается к площади.
— Джанкоу, кончай с ними! — донесся до меня голос принца луноликого, не помню точно, какого по счету. — Все готово к нашей клятве богам, скоро ты станешь моей женой и императрицей!
— Да, мой император, — оторвала от своей груди руки Джанкоу. — Ты слышал, псина? Тебе дарована великая честь, умереть от руки императрицы!
— Джанкоу, — устало проговорил я, — У меня намного больше шансов стать императором, чем у тебя и твоего любовника.
— Мы не любовники, но как только будет принесена клятва, мы станем мужем и женой. Моя армия выйдет из-под земли, и тогда я заберу свое, — проговорил бледный юноша лет восемнадцати, выйдя из полумрака ко мне в парадной форме офицера имперской армии с золотыми наплечниками и плащом.
Я усмехнулся, вспомнив, как однажды ногами я упал на эти золотые наплечники, дробя все кости императорскому сыну.
— Послушай меня, ты, говно на палке… Ты сдохнешь через пару ударов сердца, — оскалился я, словно зверь. Пора. — Иньху, держись!
— Падаль… — начала говорить Джанкоу, а я вспомнил замечательную фразу, что лучшая защита это нападение.
Призвав к силе стихии земли, я топнул со всей силы ногой по каменной площади, и земля неохотно ответила мне, с трудом вырывая из площадибожественные камни, над которыми я не имел власти. Только вот под ними есть земля, ну что, камни богов, сегодня вы немного послужите мне. Камень словно понял меня и раскалился. В этом мире не знали что такое футбол, а я знал, и со всей дури огромного тела ударил стальной защитой ноги по глыбе размером с мою голову.
Джанкоу с улыбкой уклонилась от летящей в неё раскаленной каменной глыбы.
— Ты жалок, — улыбнулась красавица, а позади нее судорожно выдохнул улетающий внутрь храма принц. Он оказался не так быстр и умен, как его кукловодша. Я с некоторым удовольствием слышал, как хрустят его ребра, как ломается его позвоночник.
— Тварь! — Джанкоу ринулась вперед.
