В ходе боя были убиты и ранены около 50 бойцов, в том числе комиссар батальона старший политрук Балакин.
Окончательно бойцов батальона и его командира удалось собрать только к вечеру 27 июля. За это время были собраны около 300 человек, место нахождения остальных не известно. Как было указано в докладной записке батальонного комиссара Моисейченко, проводящего расследование данного факта, «командир и комиссар 2 с. п. стали спрашивать у к-ра б-на т. Мараева — «почему батальон отступил и почему вы долго не являлись в штаб полка», последний ответил: «В штаб полка я не явился своевременно потому, что не знал, где он находится», а на вопрос, почему отступил батальон, Мараев ответил: «Я командовать не умею и не хотел, чтобы по моей вине было убито много бойцов, поэтому я решил отступить без приказа». И здесь же командир батальона Мараев заплакал».
Такая ситуация стала возможной из-за слабой боевой подготовки бойцов и командиров дивизии, сформированной, в основном, из гражданских людей.
В ночь на 26 июля полковые разведчики смогли захватить языка, который сообщил о подготовке наступления противника на следующее утро. Командование дивизии решило перехватить инициативу. Рано утром 26 июля первый батальон под командованием В. Н. Мараева поднялся в атаку. Разгоряченные атакой бойцы ворвались в немецкое расположение и вынудили его отступить. Фашисты откатились, оставив на поле боя около 100 человек убитыми и ранеными. Первый батальон полка в этом бою потерял около 20 человек убитыми и 50 ранеными. Атака врага оказалась сорванной.
28 июля немцы снова пробовали на прочность позиции
го полка дивизии ополченцев. На этот раз оборона была достаточно прочной, и немцам не удалось продвинуться.
28 июля командование Северо-Западным фронтом отдало директивы № 025 и 026, в которых говорилось, что противник, за счет перегруппировки подразделений, силами до трех пехотных дивизий наступает на старорусском направлении. 11-й армии ставилась задача прочно оборонять рубеж по реке Мшага и, при благоприятных условиях, силами 16-го стрелкового корпуса нанести удар с целью содействия войскам, действующим южнее реки Шелонь. Во исполнение этой директивы новый командующий 16-м корпусом генерал-майор Гусев отдал боевой приказ № 17:
«...3. Корпус в «Ч» часов 28.7, нанося удар правым флангом, атакует противника в общем направлении на Сольцы и овладевает Сольцы и переправами через р. Шелонь.
237 сд наступать на фронтах Закибье, Новинка и наносить удар своим левым флангом в направлении Крекшина Горка, овладеть рубежом Крекшина Горка, отм. 43.5, в дальнейшем наступать в общем направлении зап. окр. Сольцы...
70 сд наступать на фронте Щелино, Верх. Прихонь, 1-я в общем направлении Медведь, Сольцы, Любач. Ближайшая задана — овладеть Минин. В дальнейшем наступать в общем направлении Луги, вост. окр. Сольцы.
Горнострелковой бригаде содействовать удару артогнем. В мой резерв вывести один стр. батальон район сев. вост. Медведь. Вести активную разведку перед всем фронтом, создавая впечатление наступления.
Артиллерия: готовность в 12:00. Огневой налет — 15 минут. Подавить арт. и мин. батареи в районах Усть- Хатыне, Борок и в лесах зап. Старый Медведь...».
