Риска уже отходил назад, торопясь скрыться за дверью, когда с двух сторон во мраке что-то зашевелилось, и он инстинктивно ответил разрядом магической энергии. Внезапная вспышка пламени осветила нескольких Слуг Черепа, которые, сложив темные крылья и посверкивая красными глазами, подкрадывались к нему в темноте. Риска заскрипел зубами от злости. Они оказались проворней, чем он думал, и успели перебраться через стену в то время, как он услужливо позволил им захлопнуть ловушку. Он бросился влево на того, который был ближе всех, и послал в него огонь друидов. Крылатый охотник упал навзничь, шипя от ярости, а перед Риской, метнувшимся к двери башни, вспыхнуло красное пламя. На него обрушился мощный удар, сбивая с ног. Это один из Слуг Черепа попытался разорвать дворфа своими когтями. Риска вырвался и снова вскочил на ноги. Там, куда ударил огонь, смешавшись с дождем и туманом, клубился пар. С новой яростной силой сверкнула молния и прогремел гром. Позади раздавались ликующие крики — это волна северян хлынула в ворота, заполняя внутренний двор.
Еще один Слуга Черепа бросился в атаку, и Риска едва успел увернуться от внезапного броска темной тени. Вокруг него летали дротики и стрелы. Какой же он глупец, что так задержался здесь! Эта мысль пронзила его ударом молнии. Метнув в обе стороны снопы огня друидов, Риска бросился сквозь стену мечей, зубов и когтей к двери. Он не оглядывался, зная, что увидит там, и опасаясь, как бы это не парализовало его на месте. Дворф отшвырнул очередного Слугу Черепа, который кинулся на него, пытаясь не дать ему уйти. Он в отчаянии поливал огнем друидов во все стороны, отбрасывая врагов, стремящихся приблизиться к нему, и, пробежав последние несколько ярдов до входа так, словно сам был охвачен пламенем, скрылся в дверях.
Споткнувшись в темноте, Риска тут же вскочил на ноги и бросился вперед. В коридорах замка царила кромешная тьма, ни один факел не горел, но Риска, хорошо знавший Стедденскую крепость, мог ориентироваться и без света. Заслышав звуки погони, он промчался до конца первого коридора и метнул назад огненный сноп, который достиг противоположного конца. Это могло лишь задержать преследователей, но Риске большего и не требовалось.
В следующее мгновение он проскочил в тяжелую, обитую железом дверь, захлопнул ее и запер на засов. Теперь им не поймать его, по крайней мере сегодня ночью. Однако Риска зашел слишком далеко и понимал, что в следующий раз может оказаться не столь удачливым.
Чувствуя жжение в рассеченном лбу, друид смахнул кровь, заливавшую ему глаза. Рана не опасная, у него будет время заняться ею позже. Рабур и все остальные наверняка ждут его где-то в тоннеле. Риска слишком хорошо знал короля дворфов и даже предположить не мог, что тот бросит его. Друзья так не поступают.
Он проглотил ком в пересохшем горле.
Что дальше? Он снова с тоской подумал о Тэе Трефенвиде и эльфах.
Ночь опустилась на Арборлон теплым мягким покрывалом темноты. Здесь не было дождя, как на востоке. Ярл Шаннара стоял у окна летнего дома и ждал рассвета. Он не спал всю ночь. Его донимали сомнения, корни которых тянулись к смерти Тэя Трефенвида, изводили мысли о том, что могло бы быть и что будет теперь. Он чувствовал себя так, словно лезет на гору. Подъем начался несколько недель назад, а закончиться должен был сегодня утром. Ярл не мог отогнать отчаяние: обстоятельства определили его будущее, его судьбу так, как он и предположить не мог, и теперь ему уже ничего не изменить.
— Иди ко мне, любимый, — позвала Прея Старл. Девушка стояла в темном холле.
— Я думаю, — холодно ответил он.
Она подошла к нему и, обхватив за пояс, прижала к себе.
— В последнее время ты слишком много думаешь. Верно. Раньше с ним такого не случалось — раньше, пока Тэй был жив, пока не было Чародея-Владыки, грозившего эльфам бедами и страданиями. Тогда он чувствовал себя свободнее, не был скован никакой сколько-нибудь серьезной ответственностью, никакими обязательствами. Его жизнь, его будущее принадлежали только ему, и все дороги мира лежали перед ним. Как быстро все изменилось.
