Корсары отхлынули в беспорядке с криками о пощаде. Николь схватила Кьяри за руку, велела ему уцепиться за Шаврин и двинулась к выходу. Покинув помещение, она отпустила комиссара, оттолкнулась от все еще раскаленной противоположной стены и метнулась в сторону. Приземлившись на корточки, она затормозила, помогая себе рукой, одновременно осматривая коридор через тепловизор бластера. Проход был пустой.
— Кьяри, — шепнула Николь, — ты еще здесь?
— Да, Николь, — голос раздался сзади. — Шаврин со мной.
— Отойди от двери. Осторожно. Не подыграй какому-нибудь кретину. Ты рядом с переборкой?
— Так точно.
— Двигайся на мой голос, пока не наткнешься на меня.
Потянулись бесконечные секунды. Распластавшись у стены, Николь не спускала глаз с локатора, наведенного на лазарет. Похоже, никто из спрятавшихся внутри не собирается изображать героя. Это хорошо; она уже по горло сыта резней.
Пальцев коснулся легчайший ветерок, когда ладонь Кьяри появилась рядом. Затем он нащупал руку Николь. Рывок потряс ее, как удар тока. Ощутив привкус крови, Николь чертыхнулась. Она ненадолго замерла, боясь шелохнуться, чтобы не потерять сознание, цепляясь за Кьяри, как утопающий за соломинку.
— Ты ранена! — воскликнул он. Она машинально кивнула:
— Пустяки, царапина, — надеясь, что он поверит в эту ложь. — Потерплю.
— Сколько у нас времени?
— Черт его знает, я расшибла часы в драке. Впрочем, терять нельзя ни секунды. Ты вооружен?
— Дробовик охранника.
— Будешь замыкающим. Присматривай за входом; с меня хватит сюрпризов.
— Что тебя тревожит?
— Когда вы с Шаврин спровоцировали корсаров на стрельбу… Кстати, спасибо, это я должна была сделать…
— Трудно предусмотреть все, Рыжик.
— …словом, когда эти мерзавцы выскочили, я хорошенько разглядела их через тепловизор. Моргана с ними не было.
— Может, он не «выскочил».
— По-моему, он удрал, когда погас свет, заодно пальнув пару раз в меня. Если так, то мы еще на него напоремся по пути к «Разведчику просторов». И на сей раз он будет вооружен посолиднее.
— Ты уверена?
— На его месте я бы не терялась.
— Есть другая дорога?
— Мы зависим от картографа. И потом, Морган наверняка найдет нас на этой базе с закрытыми глазами, куда бы мы ни подались. А если мы заблудимся, то лишь упростим ему задачу. Остается лишь проявлять осторожность и скрестить пальцы на счастье.
Воздух слегка взвихрился, когда они придвинулись друг к другу. Ладонь Кьяри сменила рука Шаврин. Она оказалась теплее человеческой и слегка уколола Николь когтями. Матриарх слегка пожала руку Николь — наверное, это значит, что Кьяри занял свое место. Она двинулась вперед по коридору.
У первого же перекрестка Николь внимательно проверила все направления, прежде чем высунуться. Коридоры были пусты. Двумя уровнями выше она заметила пляшущие отблески переносных ламп — ремонтники пытаются восстановить поврежденное оборудование, но они слишком далеко, чтобы являть собой реальную угрозу.
— Как тылы? — поинтересовалась она у Кьяри.
— Пока тихо.
— И у меня. Будем надеяться на хорошее.
— Может, тебя сменить?
— Я в полном порядке.
— По твоему голосу не скажешь.
— И по твоему, приятель.
— И куда дальше?
— Два уровня вниз, потом налево.
— Николь, здесь должны быть какие-нибудь аварийные фонари. Может, возьмем парочку? Тогда мы сможем двигаться быстрее.
— И станем прекрасной мишенью. Или привлечем к себе внимание кого-нибудь из здешних. Подумают, что мы спасатели или ремонтники вроде тех, которых мы проскочили. Кьяри, ты меня удивляешь! Уж тебе-то следовало быть умнее!
— Ты права.
— Ты же говорил, что не в себе. Толмач не охотник, а логик.
— Рыжик, халиан'т'а настоящие охотники.
Спустившись по шахте, Николь нащупала нужный ярус и подождала остальных. В воздухе пахло гарью. Теперь, когда системы жизнеобеспечения вышли из строя, дым с корабля быстро распространялся по коридорам. «Должно быть, аварийные переборки не закрыли, — подумала девушка. — Нам везет».
Время от времени Николь сворачивала не туда и теряла драгоценные секунды, возвращаясь прежней дорогой, пока навязчивый писк картографа не умолкал. Эти кропотливые, изнурительные поиски держали Николь в нечеловеческом напряжении, и результаты не замедлили сказаться. Пройдя каких-нибудь пару сотен метров от лазарета, Николь казалось, будто она пробежала марафон. Ее левая рука была парализована, она уже давным-давно отдала бластер Шаврин. Раны в боку, хоть и пустяковые, сильно кровоточили, еще больше подтачивая силы.
Когда они добрались до последней коммуникационной шахты, густой дым вызвал у всех приступ кашля. Хуже всех пришлось Шаврин, и Николь тащила ее чуть ли не волоком. Теперь они ползли у самого пола, где воздух оставался почище. Приближаясь к переходному туннелю, наткнулись на следы жаркого боя, разыгравшегося после того, как Николь покинула корабль. Большие потери понесли корсары. Однако попадались и тела воинов-халиан'т'а. И всякий раз Шаврин издавала гортанный рык, откликавшийся в сердце Николь похоронным звоном. Капитану вторил Кьяри.
Морган как сквозь землю провалился.
Николь чувствовала, что сейчас что-то произойдет.