После четвертого тура даже не было перерыва и последний боец, краснокожий четырёхрукий здоровяк так и остался ждать на арене, пока выйдут остальные.
— Хорошо. — Ответил я в предвкушении, заметив, что сам хочу этой драки.
Всё-таки я становлюсь адреналиновым наркоманом и уже не представляю свою жизнь без постоянных сражений, риска и роста над собой. Казалось бы, навык гормонального равновесия должен сглаживать все пики, но с ростом характеристик меняется и моё тело, а значит вся чёртова биохимия, создаваемая природой миллионы лет — идёт к чёрту. Навык создавался довольно давно и с тех пор я сильно изменился, значительно вырос в силе, поэтому возможно он просто не справляется со своими обязанностями. Но об этом я подумаю позже. Ярость не застилает мне глаза, я могу здраво размышлять, а значит, пока всё в порядке.
На арене мы расположились на равном расстоянии друг от друга, выстроившись в круг. Я стоял напротив орка, а по бокам между нами расположилась остальная тройка. Ленточник, тощий мечник и четырехрукий воин.
Раздался сигнал начала поединка и вся тройка, словно по сигналу, одновременно бросилась на меня, посчитав слабой, безоружной целью.
— Ха ха ха… — Раздался громкий смех орка. — Помощь нужна?
— Нет! — Крикнул я, уворачиваясь от взмаха клинка мечника, оказавшегося ближе всех. — Сам справлюсь.
Его оружие прошло в паре сантиметров от моего тела, он, видя, что промахивается, начал менять траекторию, собираясь обратным движением резануть по открытой шее, но было поздно. Я сделал шаг вперёд, пропуская мимо тела жгуты с костяными наконечниками, которые выпустил ленточник. В прыжке, коленом врезался в челюсть масочника, левой рукой схватился за меч, я крутанул, выламывая ему кисть и заставляя отпустить клинок.
Заполучив оружие, перебросил его в правую руку и тут же рубанул наискось, срубая летящее ко мне щупальце, совершающее вторую попытку. Длинный узкий жгут упал на песок, дёрнулся пару раз и затих.
Ошеломлённый мечник, лишившийся своего клинка, перехватил повреждённую руку, и ошеломлённый ударом, попятился назад, мотая головой и давая место краснокожему здоровяку. Тот ринулся на меня, размахивая всеми четырьмя руками и мне на время пришлось уйти в защиту. Как бы он не старался, в меня так ни разу и не попал, будучи слишком медленным.
Для пробы, нанёс удар, планируя немного сократить количество его конечностей, но лезвие попало в костяную защиту, растущую на руках и жалобно звякнув, раскололось на две части, оставив у меня в руке жалкий огрызок, длиной в пару десятков сантиметров.
— Вот же тварь! — Вырвалось у меня и я, выгадав момент, контратаковал. Левой рукой поймал ещё один жгут с костяным наконечником, пытающийся пронзить моё тело пока я разбирался с краснокожим, дёрнул его на себя, и пользуясь инерцией, вытянулся практически в струну.
Четырёхрукий заревел от боли, схватился за голову, в глазнице которой теперь торчала рукоять меча, вбитая метким ударом, а я тем временем подхватил с песка осколок меча. Он, конечно, был без рукояти, но мне было всё равно. Прорезать костюм он был не способен, а сам при этом оставался оружием, пусть теперь и довольно неказистым.
Два противника были временно выведены из строя. Масочник всё ещё не пришёл в себя после нокаутирующего удара коленом в голову, а краснокожий был больше увлечён несколькими сантиметрами стали в своей голове, чем продолжением схватки, так что я перевёл взгляд на ленточника.
Спиралевидная тварь как раз приняла вертикальное положение после того, я рывком чуть не выдрал ей щупальце, поэтому, не давая ей опомниться, сократил расстояние и рубанул зажатым в кулаке лезвием.
Покрытые короткой шерстью ленты оказались на удивление прочными. Нанесённый со всей силы удар не перерубил сразу несколько, как я рассчитывал. Но тут скорее всего ещё сыграло то, что само по себе лезвие без рукояти практически ничего не весило и не было нормальной амплитуды замаха, дающей дополнительную скорость, переходящую в кинетическую силу. Оружие завязло на середине первой, верхней спирали и застряло, зажатое с двух сторон мышцами в конвульсии.
На меня с трёх сторон ринулись щупальца с жалами и я, оставив застрявшее лезвие, увернулся от ударов и перехватил два из них. В голову пришла интересная мысль и я, держа их на манер швейных игл, воткнул в ленты, пробивая насквозь. Сначала один шип, а затем другой. Перехватил третье щупальце, снова попытавшееся наделать во мне дыр, бросил его под ноги, прижал стопой и схватившись за костяные шипы, продёрнул их на другую сторону, связав в простой узел. Пусть теперь попробует поорудовать ими.
Посмотрел в сторону, но два противника всё ещё были заняты собственными травмами, тем более прошло не больше двух секунд с момента всех действий. Орк перехватил мой взгляд и широко улыбнулся, показывая большой палец. В их культуре это тоже жест одобрения?
Поднял с песка всё ещё прижатое ногой третье щупальце и размахнувшись, воткнул в центральное ядро ленточника. Он сразу весь опал, потеряв упругость и превратился в кусок бесформенной плоти.
Минус один враг.
