— В смысле, закрыли тему.
Эдик немного помолчал.
— В какой дисциплине я должен выступить? — спросил он.
— Предлагаю прыжки в длину.
— Почему?
— Это самое легкое. Для того чтобы прыгать в длину, нужно знать только одно правило…
— Ну?
— Во время прыжка и приземления — не надо высовывать язык.
— Это почему?
Сергей вздохнул.
— Можно его откусить, понимаете?
На стадионе к ним сразу подошла тетка с блокнотом.
— Какая библиотека?
— Центральная.
Тетка записала.
— Вот повезло бабам! Сразу двое спортсменов. В каком виде выступаем?
— Чего? — спросил Эдик.
— Прыжки в длину, запишите, — ответил Сергей и хлопнул Эдика по спине.
— Я сам, — буркнул Эдик. — А в чем еще можно?
— Прыжки в высоту, бег с препятствиями.
— Запишите меня лучше в высоту.
— Как знаете — в высоту, так в высоту — но главное — язык не высовывать! — Сергей высунул язык. — Б-э-э! — он прихватил зубами конец языка. — Запомнили?
— Я передумал, — сказал Эдик. — Запишите бег с препятствиями.
Марина и ее отец сидели на трибунах и смотрели в бинокли.
Эдик и тетки приняли стойку «на старт». Бахнул стартовый пистолет. Бегуны сорвались с места. Эдик всех обошел. Он прыгнул через первый барьер и высунул язык.
конец
Прежде, чем отойти ко сну, загляни под кровать, чтобы защититься от дьявола.
Сэр Чарльз Игглсден («Those Superstitions»), рассказывая об этом поверье, иллюстрирует его случаем, который произошел с одной тяжелобольной служанкой. Врачи прописали укутать ее в одеяла и ни в коем случае не позволять ей вставать с постели. Навестив больную поздно ночью, хозяйка обнаружила, что та стоит на коленях и заглядывает под кровать. «Что вы, мэм! — ответила служанка на ее упреки. — Как можно заснуть, не заглянув под кровать? Да я лучше умру, чем принесу беду себе и своему парню!» Когда хозяйка все же потребовала у нее объяснений, она процитировала вышеупомянутое суеверие и добавила, что этот способ защиты от дьяволовых козней известен всем и каждому.
Одно колесо заедало, тележка то тормозила, то виляла как пьяная. А бабушке вдобавок приходилось контролировать подпрыгивающего внука. Тот на ходу норовил спрыгнуть с тротуара под машину. Она подвезла тележку к подъезду, вытащила пачку газет, прижала ее локтем руки, которой держала внука и повернулась здоровым ухом в сторону домофона.
— Кто там? — гаркнули оттуда.
— Пустите, пожалуйста. Почта!
— Вж-ж-быр-жи-вжжж!
— Что вы говорите?
— Иди-те в жо-пп-пу!
Бабушка посмотрела на внука. Тот улыбнулся.
Не стоило брать его с собой.
— А, между прочим, тут стоит милиционер и слушает сейчас ваше хулиганство через громкоговоритель! — Припугнула она домофонного хулигана.
Внук огляделся вокруг.
— Вот пусть он тебе и открывает! — сказали из домофона. — Конец связи! — И отключились.
Бабушка вздохнула и закрыла глаза.
Для этого она мучалась всю жизнь?
Для того она терпела, для того рожала, всем себя отдавала?
— Баба! А где милиционер? У него шапка-невидимка, да? Он незаметно подкрался, да?
— У милиционеров шапок-невидимок не бывает. У них фуражки.
Наконец им удалось попасть в подъезд. Внутри было чистенько, большие окна, на подоконниках горшки с цветами.
Бабушка спешила рассовать в ящики бесплатную газету.
На первом этаже из квартиры вышел низенький лысый гражданин, захлопнул дверь.
Бабушка приостановила раскладку.
— Вам газету класть?
— Я еще прошлый номер не прочитал, — сказал знакомый по домофону голос.
Бабушка покачала головой.
Не для того она получала образование, чтобы ее всю жизнь унижали.
Грубый гражданин, однако, газету у нее взял, отжал костяшкой пальца обратную кнопку домофона и открыл дверь коленом.
Женщина разложила оставшиеся газеты, взяла внука за руку и пошла к выходу. После того как дверь приоткрылась, ручка вдруг вырвалась у нее из рук.
— Дорогу! — двое мужчин в кепках ворвались в подъезд и пробежали к квартире, которую покинул низенький гражданин. Они стали звонить и стучать ногами в дверь.
— А дядя-то ушел! — сказал внук.
— Когда? — закричали они хором.
— Да только что!
В кепках чуть не сбили их с ног, выбегая на улицу.
— Бабушка? Это милиционеры? А где фуражки?
Низенький гражданин сидел на скамейке и чистил газетой ботинки. Потратив на протирку часть газеты, он скомкал ее и закинул под скамейку. Потер оставшуюся бумагу, чтобы размягчить, вдруг увидел в ней что-то и углубился в чтение.
— …Извините. Только не пугайтесь, я из психушки сбежал.
Низенький лысый гражданин отодвинул газету в сторону и увидел перед собой босые ноги. Правая ступня залезла на левую, чтобы им было теплей.
— Извините. Нет ли у вас чего-нибудь на ноги, чтобы меня милиция не забрала?
Лысый посмотрел наверх. Перед ним стоял подозрительный юноша.
— А ключ от квартиры, где деньги лежат?
Юноша насупился.
— Все одно и то же говорят…
Он повернулся и пошел.
— Стой!
Юноша обернулся.
— Вот ключ!
— Не надо издеваться.
— Присядь, — лысый похлопал рядом с собой.
Юноша сел и спрятал ноги под лавку.
