К взаимному удовлетворению мы обо всем договорились, я покинул банк и отправился к храму на встречу с Лизкой и Пухом. На месте их, естественно, не было. Но, зная любопытную девчонку, иного я и не ожидал.
— Лизка! Где вы?
Удобно все же общаться в чате.
— Ой. Ты пришел? Мы в храме. Сейчас мы подойдем…
— Никуда вы не пойдете, стоять, бояться.
Выйдя из чата, я поторопился в храм. Куда-нибудь эта егоза влезет, а мне потом со жрецами разбираться. А на скандал репутации может и не хватить. Да и первое впечатление при знакомстве зачастую самое сильное. В ворота храма я пройти не смог, с визгом в меня врезалась Лизка и повисла на шее:
— Наконец-то! Я думала, помру от скуки, а где ты был? А почему ты еще десятый? А где мы будем жить? У меня денег нет.
Оптом вывалила она на меня все это. Я, чтобы не упасть, сделал пару оборотов вокруг своей оси, отчего и Лизка закрутилась вместе со мной. Это веселье нарушил тихий и строгий голос.
— Прекратите это непотребство или за оскорбление БОГИНИ СВЕТА я отведу вас к Верховному жрецу, где вы будете сурово наказаны, — довольно плюгавый человечек с гнусным голосом и таким выражением лица, будто наступил в конюшне на кучу навоза, взирал на нас в ожидании того, что мы бросимся его улещивать и задаривать.
Младший жрец, уровень 41.
— А вот это было бы кстати. Веди. Мне нужно с ним поговорить.
Смотреть на его испуганную физиономию было приятно. Не люблю я таких людей, которым плохо от того, что другие радуются.
— И что стоишь, убогий? Обещал вести — веди. Обещание жреца, данное в храме, должно быть исполнено.
Решил я добить его выдуманным мною правилом.
— Может, не надо?
Его тон изменился до неузнаваемости и даже внешне он изменился. Из грозного блюстителя нравственности этот хлыщ в один миг превратился в угодливого подхалима.
— Веди, а не то рассержусь. — пригрозил я этому ничтожеству, попутно обнимая Пуха и хлопая его по плечу.
Понурив голову, этот враг радости повел нас внутрь храма. Только теперь я огляделся. Храм был огромен. Абсолютно белый мрамор являлся основным элементом декора: колонны, капители, карнизы, плиты пола, ступени… Белым было почти все, а то, что не было белым, было золотым.
Мне это сочетание нравится. Где-нибудь в гостиных Зимнего смотрится органично, но здесь это великолепие как-то подавляет. В сочетании с просто колоссальными размерами — даже угнетает. Кажется, что архитектор хотел убедить прихожан в их незначительности и незаметности. Как же это отличается в худшую сторону от скрытого храма, в котором Лиа служит силам Света жрицей.
Через десять минут хождения по коридорам мы остановились у роскошных дверей.
Младший жрец робко постучал. после чего, не дожидаясь ответа, открыл дверь и вошел. Мы последовали за ним.
— Что ты еще натворил, вредный человечишка?
Благообразный старец, глядя на нашего проводника, старался не очень кривить лицо. У него почти получалось. Почти. Уровень 301, Верховный жрец Богини Света.
— Эти люди непочтительно вели себя в храме. — Собрался с духом и наябедничал Младший жрец.
— Эти вот обнимались и кружились, а этот — смотрел.
— И поэтому ты решил привести этих паломников ко мне?
Верховный жрец обреченно покачал головой.
— Я все понял, иди. Ты будешь месяц работать в храмовых конюшнях, доложи об этом брату старшему конюшему. Могу я поинтересоваться у уважаемых паломников о том, что послужило поводом для вашей радости?
После ухода Младшего жреца Верховный повеселел и обратился с этим вопросом ко мне.
— Мои друзья только что с помощью свитка телепорта избежали смертельной опасности, их пытались убить красные в Чернолесье. И мы сочли уместным не скрывать в храме Богини Света того светлого чувства радости встречи и избавления от опасности.
Интересно, что он за человек и как прореагирует на это спорное заявление?
Верховный жрец рассмеялся:
— Приятно пообщаться с умным человеком, меня это всегда радует. Надеюсь, вы в честь этого спасения принесете пожертвования богине?
С ноткой иронии, переходящей в ехидство, призвал он меня к порядку.
— Я тоже всегда этой возможности радуюсь, хоть и случается подобное реже, чем мне хотелось бы. Но мне необходимо поговорить с вами о другом деле и, возможно, в другом месте.
Последнее мое заявление сильно удивило и не только почтенного старца, но и Пуха с Лизкой, которая так и вообще открыла рот в изумлении. Странная мы, должно быть, компания, если смотреть со стороны. Я — нуб-десятка, Пух вообще не от мира сего, и Лизка — ходячая многоразовая бомба с испорченным таймером срабатывания. Верховный жрец прищурился и внимательно на меня посмотрел. В его глазах появилось понимание.
— Почему бы и нет, — он позвонил в колокольчик. — Проводи этих двух молодых людей в нашу храмовую трапезную, они голодны и нуждаются в отдыхе.
Повелительный тон первосвященника искупался мягкой и приветливой улыбкой. Вошедший поклонился и выжидающе посмотрел на нас. Я кивнул Лизке с Пухом, и они ушли в сопровождении молчаливого слуги.