— Это может быть самым важным. Но почему ты думаешь, что Терра в этом деле присутствует?
— Так у детишек запись того, что нес глава семейства, когда в квартиру вернулся в хлам пьяным с этого рандеву. Проклял все на свете и Терру, и ее владельцев, и всех игроков заодно. Крепко его приложило.
— Ты выяснила с кем встречался объект?
— Нет, лицо на видео можно увидеть, но в базе данных у внуков такого нет. Мы его больше не заметили нигде, хотя за нашим объектом наблюдали плотно, они больше не встречались.
— А место?
— Какое место?
— Проснись, Гюль, место встречи, где они беседовали в первый раз.
— А, ты об этом, думаешь важно? Это сквер, знаешь рядом с консульством Штатов.
— Да чтоб тебя, Гюль. Ты чем думаешь? Вы там не засветились? ЦРУ, ФСБ это уже другие игры, не твоего уровня. Больше там не показывайся и своих отзови.
— Охренеть. Этим то что за дело до наших клиентов? Ты уверен? Как-то страшненько.
— В таких делах уверенности быть не может в принципе. Никто у тебя из наших не пропал из поля зрения? Может быть у кого-нибудь поведение резко изменилось? Проверь всех, пошли мне все материалы и соблюдай максимальную осторожность. Как же все это не вовремя, если Штаты что-то серьезное против Терры затеяли, то придется мне многое менять. Как же хотелось бы в этом ошибиться, ведь все расклады мои могут пойти прахом.
— Теперь мне уже очень страшно. Может, мы сольем это все нашим в ФСБ?
— Я подумаю, а ты тем временем все наши следы к этому делу зачисти. Ни с кем об этом не говори никогда. Остальным я сам займусь. Сделаешь?
— Куда я денусь, но потом посмотришь на материалы Анны Ивановны?
— Да. До связи.
Еще и об этом думать нужно. Вряд ли такое на самом деле возможно, Гюль напугать — это было правильно, а то от постоянных успехов и больших денег она, да и все внуки расслабились. Сейчас они непременно и очень быстро про осторожность вспомнят.
Но настоящий разведчик из ЦРУ так бы не засветился, уж русский язык такие агенты знают и возле своего же консульства встреч не назначают. Разве что в последние лет тридцать значение России для Америки резко упало, и они стандарты понизили. Или какой-нибудь дурак в это дело вписался, дураков не просчитать. Пару минут я еще постоял, собираясь с мыслями, в сердцах плюнул и лег в капсулу.
ВХОД.
Я у себя дома в городе гномов. Срочного в чате ничего. С чего начать?
— Доброе утро, мастер Дорфол. Вы, как всегда, раньше всех на своем рабочем месте.
— Здравствуй, Апулей. Чем еще старику заниматься?
— Есть еще для вас занятие. Было бы неплохо, если бы вы находили время и посещали помещения тюрьмы моего замка. Ее вчера удалось найти, вы должно быть слышали.
— Не уверен, Апулей, что смогу выделить для этого время. Там, конечно интересно, и магия Тьмы, но у меня очень много работы.
— Это просьба не моя, мастер Дорфол. Там решил некоторое время побыть Гном, и ему нужна ваша поддержка. Здесь он к вам уже привык и доверять свою тайну больше никому не хочет.
— Тогда я сделаю, как ты сказал. Как мне туда попасть?
— Через портал с площади в Замок, а там либо я, либо любой солдат покажут дорогу. Если будут срочные дела, то сообщите в штаб, оттуда мне все передадут мгновенно. А сейчас я вынужден вас покинуть. Война. Всего доброго, мастер Дорфол.
Я шагнул в штаб.
— Михалыч, доброе утро. Ты когда-нибудь спишь? Что нового?
— Привет, Апулей. Новости плохие. Все наши разведчики, при попытке обнаружить места установки новых порталов для переброски войск союзников красных, были обнаружены и перебиты. Сейчас отдыхают. Причины провала еще неясны. Либо у нас завелся крот. Либо враг просчитал наши действия.
— Есть и еще менее приятная версия, Михалыч. Возможно у порталов уже столько войск, что пробраться туда невозможно. Нам надо учитывать все три возможности. Что еще?
— Майор вынужденно с боями отступил обратно к землям гномов, там у него лагерь укрепленный, и он ведет арьергардные бои. Разведка вокруг замка никого не нашла, и я распорядился убрать в замок остатки трофеев, штурмовые башни и лестницы.
Гномы работают возле самых стен, а мои ветераны на дальних подступах. Так безопаснее. Пролом почти заделали. Быстро работают гномы. У них такие големы — просто чудо. Вот бы мне такого в клан купить. У моста тоже укрепление возведено. Но это так, временное и несерьезное. Жрецы и следователь закончили допросы и ждут тебя. Мы все между собой посовещались и выбрали помещения для наших кланов. Тебе надо только утвердить.
— Утверждаю. Насчет временного, Михалыч, ты не прав. Именно время мы и разыгрываем в этой войне. У противника меньше двух суток, любая его задержка нам на руку. Где освобожденные из тюрьмы?
— Наши все по домам отсыпаются и успокаивают родню, Чужие ждут твоего решения в тронном зале. Красные в один голос говорят, что их насильно в клан взяли и когда они стали рыпаться, то наказали жестко. Врут или нет, неясно. Но добровольно на такое никто не подпишется. Жуткие вещи о нравах красных рассказывают.
— Всеми Богами клянутся?
— Черт, не догадались так проверять. У моих свои наработки — из старых мест и старых времен.
