— Ты только и делаешь, что бегаешь последние двое суток от высших. Твои преставившиеся кролики этого не пережили, нужны кроссы, — разложил все по полочкам мужчина.
— Зайцы. И они еще вполне ничего, — вступилась за своих ушастых.
— По ним крематорий плачет, — фыркнул тренер.
— Игла по ним плачет и хороший отбеливатель. Их можно реанимировать, — продолжила бурчать в спину наглому ангелу.
— Ви, их воскрешать надо, что в принципе невозможно. Так что держи нормальную обувь, — он всучил мне в руки черные кожаные кроссовки с дышащей поверхностью и моего размера, — и отдай эту развалившуюся нежить.
— Ни за что, — твердо стояла на своем.
— Я предлагаю тебе отличные дорогие кроссовки, а ты не можешь расстаться с этими кроликами-расчлененками?
— Зайцами.
— Отходы это, а не зайцы. Их принадлежность к этому виду уже даже не просматривается!
— У них уши длинные!
— Где? На вот том чумазом ошметке, что волочится по земле за подошвой.
Да, мистер заяц номер два почти обезглавлен и потерял слишком много крови, читай «ваты», но я все равно считала, что реанимация возможна. Нужен был лишь швейный набор и тот, кто умеет шить. У меня в этом мало опыта. Могу и сама себя ненароком к тапкам пришить.
— Ты покупаешь мне кроссовки, или торгуешься? — раздраженно спросила.
Костя тяжко вздохнул и махнул на меня рукой. Это значило, что я отстояла свои тапули! Поэтому незамедлительно пошаркала за ангелом к лавочке для примерки. Кроссовки действительно оказались впору, прям на меня шиты. И цвет мне нравится, люблю черный. Вот только как тренер узнал мой размер. Либо у него отличный глазомер, либо это стремная ангельская суперспособность.
— Пойдем на кассу, — сдался брюнет.
Я радостно подхватила своих зайчиков и побежала к кассе. Костя оплатил покупку, получил скидку за красивые глаза, а мои тапки упаковали в коробку, вместо обновки, что я оставила на ногах. Все-таки ехать на байке гораздо удобнее в кроссовках, нежели мягких тапках.
— Давай понесу, — предложил тренер, протягивая руку к пакету с коробкой.
Я без задней мысли отдала ему свою ношу, наслаждаясь ощущением комфорта в новой обуви. Костя у нас воспитанный, поэтому я не сразу осознала все коварство этого ангела. Мужчина просто швырнул пакет с тапулями прямо в огромную мусорку, которую, я уверена, он заприметил заранее. Вот же вредный тип!
Я встала как вкопанная и сложила руки на груди.
— А теперь лезь и доставай их, — потребовала у брюнета, на что тот усмехнулся.
— Да ни за что, — и продолжил идти к машине.
— Я не шучу, Костя. Не вытащишь тапки, я не поеду с тобой, — продолжил идти, будто я ничего и не говорила.
С досады пнула какой-то камешек и тут же об этом пожалела. Обувь-то новая, портить не хотелось. Однако уступать брюнету не хотелось вдвойне.
— Интересно, что скажут на небесах о том, что смертную с благодатью убили по недосмотру одного из ангелов? — громко размышляла вслух, чем заставила Костю замедлиться, — накажут?
— Сжечь эти тапки надо, — сквозь зубы прошипел ангелок и вернулся к мусорке.
Схватился за край контейнера, подпрыгнул, оттолкнулся и через секунду оказался стоящим на железном углу. Подцепил пакет пальцем и скинул мне. Ловить не стала, благоразумно решив, что пакет весь в отходах. Пришлось вытащить зайцев и заново забросить пакет с коробкой в мусорку.
— И чего ты так привязалась к этому рванью? — бурчал по дороге к машине Костя.
Я его не особо слушала. В конце концов, не говорить же ангелу, что это подарок подруг демонов на прошлое Восьмое марта. Ненужная, нелогичная ностальгия и тоска. Но я все равно дорожила этим подарком иррационально сильно. На вопрос решила не отвечать. Положила свое сокровище в бардачок сзади и завела байк. Дожидаться брюнета не стала и вырулила на четырехполосную улицу, обгоняя все машины. Чтобы не нарваться на слепого идиота, что не заметит байк и перестроится прямо на тебя, предпочтительнее ехать впереди потока, избегая аварийных ситуаций. Поэтому у дома Кости я была раньше хозяина. Решила подождать его на лавочке возле подъезда. Все же погода стоит теплая. Лето.
Появился тренер только через час. Я даже начала переживать. Однако Костя вышел с большим пакетом продуктов и пакетом поменьше с чем-то легким, и причина задержки стала очевидна.
— В магазин заезжал. У меня теперь живет лишний рот, — пояснил брюнет, приподнимая пакеты для демонстрации, и открыл домофон.
Пообедали пиццей и пироженками, которые предусмотрительно захватил Костя, помня о времени. Был давно день и есть хотелось нещадно. Настроение моему спасителю и, с некоторых пор, телохранителю испортили опять мои тапки. Тогда я попросила у мужчины иглу, розовую нитку и вату. На удивление, у ангела был целый швейный набор, а вот вата была только медицинская. Тогда попросила разрешения распотрошить одну из диванных подушек. На меня махнули рукой и со словами «делай, что хочешь» удалились в личную комнату. Оттуда через десять минут начали раздаваться приглушенные голоса, а позже и взрывы со стрельбой. Тренер смотрел блокбастер. Тем было лучше для меня, никто не увидит моего позорного шитья.
