— А где вы отдыхали? На юге?
— Нет, на Урале. В Свердловске, если это вас очень интересует.
Она, кажется, не обратила внимания на его тон.
— У вас удивительный вкус,— сказала она.— Мои родители на Кавказ уехали. А потом собираются еще в Крым завернуть.
— Дело в том, что в Свердловске живет мой друг. Он тоже машинист, но…
— Тоже машинист? — прервала Андрея девушка,— Погодите, погодите, вы хотите сказать, что вы — железнодорожник?
— А почему это удивляет вас?
— Наоборот, это меня радует. Представьте себе… нет, вы даже не поверите… представьте, перед вами тоже без пяти минут железнодорожница. Я только что окончила транспортный институт и ожидаю назначения на работу.
— Ну что же, проситесь в Минск,— уже почти весело сказал Андрей.— Вы какой факультет окончили?
— А такой, что когда я приеду в Минск, то буду вашим начальником, не меньше,— рассмеялась она.— Буду песочить вас за теплотехническое состояние локомотива.
— Ого! — удивился Андрей и добавил шутливо: — Но с вами, я надеюсь, мы поладили б.
— Кто знает. Я очень люблю командовать, особенно мужчинами.
— Оно и видно,— засмеялся Андрей.
Оказалось, что на эту девушку совсем нельзя сердиться.
Она тоже засмеялась. И неожиданно сказала:
— А знаете, что мы сейчас с вами сделаем? Мы поужинаем. Кстати, как вас зовут? Давайте познакомимся, если уж у нас так получилось.. Я — Лида.
Андрей назвал себя.
— Вот и чудесно, Андрей Бережков. Идите на кухню и хозяйничайте. Там вы найдете кое-что в холодильнике, кое-что в шкафчике, что справа. Действуйте. И имейте в виду — мне нельзя перечить, я больная.
Все это было похоже на какой-то невероятный курьез, и неизвестно было, как к нему относиться. Андреем вдруг овладело какое-то странное чувство, будто и встреча с этой красивой девушкой, и опоздание на поезд, и, наконец, это приглашение — все происходит не наяву, а в придуманном кем-то неправдоподобном сне. А во сне события развиваются, не подчиняясь никакой логике…
Андрей встал ж пошел на кухню. Но, включив свет, возвратился назад.
— Скажите, а почему,, собственно говоря, вы мне так доверяете?
Лида взглянула на него и задумалась. Очевидно, она теперь и сама удивилась, почему вдруг так легко, безо всяких условностей сложились у нее отношения с этим совсем незнакомым человеком. Андрей снова сел и стал ждать ответа.
С улицы донесся чей-то слабый крик. Девичий голос настойчиво звал какую-то Нину.
— Наверное, потому,— сказала наконец Лида,— что вы совсем непохожи на плохого человека.
— А вы их видели, плохих?
— Видела…
Она попробовала встать, но ойкнула и снова опустилась на диван.
— Хорошо, я сейчас,— сказал Андрей и пошел на кухню.
Через полчаса они сидели за ужином. К дивану, на котором сидела Лида, был придвинут небольшой круглый столик и то самое кресло, в котором, как уверяла Лида, было очень удобно сидеть.
По приказу Лиды Андрею пришлось откупорить бутылку «Гурджаани».
— За Минск! — сказала Лида и подняла рюмку.— За ваш Минск!
— С удовольствием! — ответил Андрей.— И если вы не возражаете — за то, чтоб наш Минск стал также и вашим.
— Я не возражаю,— заявила Лида.— И будем считать, что это не шутка. Хотя, если говорить правду, я почему-то давно нацелилась на Казахстан, на Алма-Ату.
Они чокнулись и выпили.
Нет, Мадонна Бенуа смотрела, оказывается, не на него, она была всецело занята своим ребенком. И взгляд ее просто не мог быть насмешливым.
Закусывали сыром, копченой колбасой и шпротами. Лида заставила Андрея сходить на кухню еще раз и поджарить яичницу. Они выпили снова, уже без всякого тоста, но Андрею показалось, что Лида все же решилась на что-то, потому что, перед тем как выпить свою рюмку, она на какое-то мгновение задумалась и по ее лицу пробежала легкая тень не то грусти, не то тревоги. Андрей начал догадываться, что у Лиды есть своя причина для сегодняшнего ужина.
Потом Лида расспрашивала Андрея о Минске, о паровозном депо и вообще о Белоруссии. Андрей рассказывал охотно и подробно.
Был час ночи, когда Андрей наконец спохватился.
— О господи! — воскликнул он.— Как поздно, подумать только! Я пропал!
Он растерянно смотрел на Лиду, проклиная себя за то, что так увлекся и не заметил, как прошло время.
— Да, поздно уже,— задумчиво сказала Лида.— Как же вы теперь пойдете? Метро уже закрыто. Да и есть ли куда вам идти?
— Пойду на вокзал. Как-нибудь до утра…
— Нет, это нехорошо — вокзал,— решительно заявила Лида.— Вот что, Андрей Бережков, к вашим услугам — папин кабинет. Это рядом, вход через ту дверь.
— Лида, это невозможно,— твердо сказал Андрей.
— Возможно,— так же твердо сказала Лида.— И не смотрите на меня, пожалуйста, такими большими глазами. Мы же стали друзьями, правда? Вот я и предлагаю вам по-дружески. Не болтаться же вам, в самом деле, из-за меня целую ночь на вокзале. Места в гостинице вы сейчас ни за какие деньги не достанете. Так вот — вам предоставляется отдельная комната. Там вы найдете кушетку, а в шкафу — простыню, одеяло и подушку. И не забывайте, что мне нельзя перечить, я больная. А то могу разреветься. Вы же не допустите, чтоб я ревела?
— Не допущу.