«Зачем я делаю это? Зачем я торчу здесь и задаю вопросы? Я бы мог уплыть из города с ближайшим приливом… Отправиться в тур по замечательным городам Стирии? Или в плавание по Тысяче островов? Осесть на Тхонде или далеком Сулджуке, окончить свои ничтожные дни среди людей, которые и слова не понимают из того, что я говорю? Не причиняя никому боли, не тая́ секретов… Наплевав на поиски виновных и невинных, правды и лжи, как плюют на них вот эти камушки».
Драгоценности поблескивали в свете свечи, кололи пальцы, когда Глокта их перекатывал.
«Его преосвященство будет рыдать и рыдать, узнав о моем внезапном исчезновении. Не станем забывать и о банкирском доме „Валинт и Балк“. В каком уголке Земного круга сумею я укрыться от слез таких могущественных господ? И ради чего? Чтобы целыми днями просиживать свой увечный зад в ожидании убийц? Чтобы лежать в кровати, скуля от боли и сожалея о потерянном?»
Глокта нахмурился и посмотрел на камни, яркие, чистые, прекрасные.
«Я давно сделал свой выбор. Когда принял деньги от „Валинт и Балк“. Когда поцеловал перстень. Даже до императорских тюрем, когда ехал к мосту, уверенный, будто спасти мир под силу одному лишь блистательному Занду дан Глокте…»
В дверь неожиданно постучали, и Глокта разинул беззубый рот.
«Не хотелось бы, чтобы архилектор…»
— Откройте, именем его преосвященства!
Морщась от боли в спине, Глокта встал и принялся сгребать камушки в кучу. Сверкающие и бесценные. На лбу выступила испарина.
«Что если архилектор обнаружит мои маленькие сокровища?»
Глокта хихикнул, беря со стола кошель.
«Я все собирался о нем рассказать, только момент не подворачивался. Да и было бы важное дело, не выкуп же за короля».
Один камушек проскользнул между пальцев и звонко ударился о пол.
В дверь постучали еще раз, настойчивей, так что содрогнулся тяжелый замок.
— Открывайте!
— Иду, иду! — Глокта через силу опустился на четвереньки и застонал от боли. Осмотрел половицы и наконец заметил сбежавший изумруд, поблескивающий в свете свечей.
«Попался, гаденыш!»
Схватив камушек, Глокта кинул его к остальным. Сложил кошель вдвое и сунул под рубашку за пояс.
«Нет времени спрятать получше».
Он схватил трость и поковылял к двери, утирая на ходу пот со лба, оправляя одежду и стараясь придать лицу невозмутимое выражение.
— Иду! Зачем же так…
В комнату ворвались, едва не сбив Глокту с ног, четверо здоровенных практиков. За ними стоял, ядовито улыбаясь, архилектор в сопровождении еще двух детин в масках.
«Какой лестный визит в столь неурочное время».
Глокта слышал, как за спиной практики переворачивали его апартаменты вверх дном.
«Не стесняйтесь, господа, чувствуйте себя как дома. Представьте, что меня нет».
Через некоторое время практики вернулись из спальни.
— Пусто, — пропыхтел один из-под маски.
— Гм, — хмыкнул Сульт и переступил порог. Осмотрелся вокруг с презрением.
«Мое новое жилище едва ли роскошнее прежнего».
Шестеро практиков выстроились по периметру зала, сложив руки на груди и внимательно следя за Глоктой.
«Не многовато ли бугаев на разнесчастного калеку?»
Сульт мерил комнату чуть не чеканным шагом, выпучив глаза и яростно нахмурившись.
«Несложно догадаться, что начальство нынче не в духе. Неужто всплыл один из моих нелицеприятных секретов? Случай, когда я проявил неповиновение?»
Спину начало сводить судорогой.
«Возможно, недоказнь магистра Эйдер? Соглашение, что Витари утаит часть правды?»
Глокта слегка пошевелился, и уголок кошеля мягко уперся в ребра.
«Или про маленький грешок, когда мне дали большую взятку подозреваемые банкиры?»
Перед мысленным взором возникла неприятная картина: кошель расходится по швам, и из штанины Глокты на глазах у изумленных практиков и Сульта бесценным ручейком сыплются каменья.
«Как я это объясню?»
— Байяз, ублюдок! — прорычал Сульт, сжимая трясущиеся руки в кулаки.
Глокта ощутил крохотную капельку облегчения.
«Значит, не во мне дело. Пока что».
— Байяз?
— Этот старый лысый лжец, этот ухмылющийся шарлатан! Он украл закрытый совет!
«Держи вора!»
— По его милости теперь нами командует слизняк Луфар! Вы уверяли меня, что этот щенок — бесхребетная тварь!
«Я сказал, что некогда он ею был, но вы не пожелали меня дослушать».
— У проклятого щенка прорезались зубы, а поводок — в руках у первого из сраных магов! Он смеется над нами! Надо мной! Надо мной!
Сульт потыкал себя в грудь скрюченным пальцем.
— Я…
— К черту извинения, Глокта! Меня скоро утопят в извинениях, а мне нужны ответы! Решения! Хочу знать все об этом лжеце!
«Приготовьтесь, я впечатлю вас».
— Я позволил себе некоторую вольность и поработал в этом направлении.
— Поработали?
— Я позволил себе взять под опеку навигатора, — сказал Глокта, изобразив крохотную улыбочку.
— Навигатора? — Сульт ни капельки не впечатлился. — И что сказал этот пялящийся на звезды идиот?
Глокта выдержал некоторую паузу.
— Он сопровождал Байяза и нашего короля — до коронации — через Старую империю на край мира. — Он постарался подобрать слова, которые не смутили бы Сульта, привыкшего мыслить логически и критично. — Они искали некий реликт… Старых времен…
