Честно говоря, перед самым расставанием Юля начала думать о том, что их с Серегой отношения – жалкая копия тех, что построили Тома и Эдик. Не раз и не два ей казалось, что Серега копирует счастье приятеля или стремится к похожей картине. Это, понятное дело, тоже не добавляло радости. И может, это даже не было правдой, и она все нафантазировала, но… неприятно же быть чьей-то копией.
– Ты заболеешь, вернись в здание, – сказала она.
– Нет, я тебя провожу!
– Я же сказала…
– Юль! – крикнул кто-то из темноты. Быстрые шаги сопровождались хрустом снега, и вскоре рядом стоял тот самый безымянный первокурсник. В отличие от Сереги, он был одет в форменный бушлат и шапку-ушанку Ну точно первокурсник! Только эта братия еще натягивала на себя страшные форменные шапки.
Первокурсник встал рядом с Юлей и вдруг взял ее за руку:
– Идем, я тебя провожу. – И потянул за собой.
Как только они отошли на приличное расстояние от досугового центра, Юля освободила руку и буркнула:
– Мне не нужна была помощь.
– Знаю. Но ты выглядела так, словно не хотела продолжать разговор.
Юлька покосилась на спутника. Путь до общаги лежал через тренировочное поле, и сейчас оно было ярко освещено. Свет фонарей падал и на дорогу, так что на сей раз девушке удалось разглядеть горе-поклонника получше.
Права была Тома, парень-то симпатичный.
Настолько, что его не портила даже шапкаушанка, которая вообще на любом смотрится комично и по-дедовски. Потому что у конкретной ушанки нет ничего общего с теми модными шапками, что продавались в торговых центрах, это был реально пыльный раритет, который мог бы принадлежать старому алкашу у подъезда. Такая же история и с бушлатами весом под тонну Как же хорошо, что девочкам такие не выдаются и можно щеголять в обычной куртке!
Шли они недолго, но ресницы парня уже покрылись инеем и стали до неприличия длинными. Брови тоже замерзли и теперь походили на кусты. Юлька едва смогла сдержать улыбку, хотя чему радоваться? С такими морозами эти брови с ресницами можно наблюдать ежедневно на каждом встречном. Но почему-то именно сейчас ей было забавно.
Она разглядывала первокурсника, пользуясь тем, что он шел молча и смотрел перед собой, хотя наверняка чувствовал ее взгляд. Но позволял себя изучить. И даже этому не смущался – выглядел спокойным и расслабленным. Кроме длинных белых ресниц, Юлька успела рассмотреть и остальное: прямой нос, высокие скулы, пухлые губы и упрямый подбородок, как бы намекающий на характер его обладателя. Ветрова знать не знала этого парня, но чувствовала: он упертый, несгибаемый.
– Как тебя хоть зовут? – спросила Юля.
– Руслан. Руслан Владимиров.
– И что это было в столовой, Руслан?
– Ты о чем? – Он покосился на нее с удивлением.
– О том, что ты меня якобы любишь.
– Не якобы. Сказал, что думаю.
– И это было чертовски странно.
– Знаю, – он шумно вздохнул, выпустив облако пара. Задрал голову к небу, собираясь с мыслями, а потом пояснил: – Я не хотел… так по-дурацки. Хотел что-нибудь придумать и… познакомиться для начала. Но ты в последнее время ходила такой грустной, и я решил хоть немного тебя взбодрить. Тем более был праздник, остальные девчонки щебетали и улыбались, а ты… нет.
Ветрова не выдержала и рассмеялась:
– После объяснения все выглядит еще более странно!
– И ты улыбаешься, значит, цель достигнута.
– С этим не поспорить. – Они как раз добрались до общежития и остановились друг напротив друга. В форменном бушлате Руслан казался каким-то даже слишком большим и грузным, хотя без него был всего-то высоким и худым. Мех на воротнике его бушлата покрылся инеем, как и кромка шапки… Зверский в этом году февраль. Но почему-то в общагу возвращаться все равно не хотелось.
И Юля спросила:
– Так какой у тебя план?
– Пойду к себе, поиграю с соседом в плойку[1] и лягу спать.
– Я не об
– А о каком? – В его глазах мелькнуло понимание: – А-а, об этом плане. Ну… он еще как бы не сформировался. Я же сказал, все получилось спонтанно. Не исключаю, что я сам себе все испортил, но жалеть не о чем. Лучше уж так, чем молчать.
– Мне сейчас совсем не до каких-то игр, Руслан. Правда. Поэтому… думаю, лучше тебе выбрать какую-нибудь симпатичную первокурсницу и влюбиться в нее.
Он посмотрел на нее с едва заметным укором, словно Юля брякнула самую вопиющую нелепицу на свете.
– Но это так не работает. Не нужна мне никакая первокурсница.
– Любишь девушек постарше?
– Только тебя.
Из Юльки вырвался нервный смешок:
– Ты опять это повторил! И откуда ты только такой взялся на мою голову?..
– Из третьей общаги, – в привычной серьезной манере ответил он и указал направление: – На третьем этаже живу. В триста пятнадцатой.
– Ты живешь в третьей общаге? Разве она не для преподавателей и аспирантов?
– Ну да. Так вышло.
Теперь Юля пригляделась к парню получше.
