— Конечно! Я же говорила, что буду смотреть убийцам своего брата в глаза! И не понимаю, почему им не предъявляют обвинение в убийстве? Явно это они! Кто же еще?! Следователь говорит, что доказательств маловато и не признаются они в этом. Еще бы! А кто же признается в убийстве?! Что они — дураки, что ли?! Но мое сердце чует, что это они.
Лукреция с ужасом смотрела на сестру Леши.
— Знаете, а ведь вам не обязательно ходить в суд любоваться на убийцу своего брата. Вам достаточно подойти к зеркалу и посмотреть на себя. Потому что, Виктория, вы и есть убийца, — сказала она ей.
Иногда воздух в помещении приобретает ощутимую плотность. Это когда говорят важные слова. Именно это ощущение сейчас и испытала Лукреция.
— Вы говорили, что несколько раз бились головой и вроде как все прошло бесследно? — прищурила глаза Виктория. — Вы уверены в этом? Я имею в виду, что прошло бесследно?
— Единственное, в чем я уверена, так это в том, что именно вы убили своего брата, — ответила Лукреция.
— Я любила его.
— Вы слишком сильно его любили. А из любви тоже можно убить. Когда тебе кажется, что в ответ на твои чувства тебе платят формальной неблагодарностью! Так ведь?! Вы его растили, лелеяли. И вдруг Леша заявляет, что скоро найдет клад, разбогатеет и уйдет от вас к девушке. И всеми богатствами они будут пользоваться только вдвоем! Думаю, сказать, что это для вас явилось ударом, — ничего не сказать! У вас из-под ног просто выбили табуретку и не заметили этого. Это ужасно! Какие мысли посетили вас? Что неблагодарный брат вырывается из-под вашего контроля? Что он еще пожалеет? Как он посмел?! Я думаю, Леша наконец-таки понял, что вы сама — неудачница и его сделали таким же. Вы лишили его личной жизни. Вы ему с детства внушали, что все девки грязные и похотливые, неверные и способны приносить только боль! И делали вы все это затем, чтобы не потерять его, ради своего эгоизма в квадрате. И я думаю, что в один прекрасный момент он вас просто возненавидел! — высказалась Лукреция.
Виктория медленно обвела комнату каким-то мутным, невидящим взглядом.
— А что, разве я была не права? Разве эта тварь не заслужила тех эпитетов, какими я награждаю всех этих девок? — усмехнулась она.
— Да, Леша по неопытности нарвался на плохую девушку, — согласилась Лукреция. — И вы это видели! И бесились, потому что даже такая дрянь для него стала важнее вас. Вы помчались к нему на работу и устроили всю эту бойню. Он отдал вам карту клада?
— Отдал, — глухо ответила Виктория. — Он все бы отдал, только бы я оставила его в покое.
— Но вы не могли уже остановиться? — спросила Лукреция.
— Не могла, — согласилась Виктория. — И я убила его. Но я убила не Лешу, не своего любимого младшего братца, эту неблагодарную тварь, которая из него выросла!
— А потом еще очень удачно подставилась и его девка, — покачала головой Лукреция. — И плакала она на его могиле не из-за великой любви, а из-за собственного бессилия, что этот лох умер и не оставил карту, где искать слитки золота. Она же с дружками потом и могилу выпотрошила. Кристиану пришлось хоронить Лешу второй раз.
— Мне плевать, — безучастно добавила Виктория. — Все получили по заслугам.
— Злая мачеха и ее дочки наказаны, вы одна, милая и добрая Золушка, заслуживаете стать богатой и счастливой? — спросила Лукреция.
— А разве не заслужила? — со злостью и ненавистью впилась взглядом в лицо своей нежданной гостьи Виктория. — Я всю жизнь экономила, я себе ничего не могла позволить, потому что все шло Лешеньке. Я крошки за ним подъедала по ночам в голодное время, только чтобы он покушал. И когда бог послал ему в кои-то веки деньги, он захотел разделить их с какой-то девкой! Разве это честно? Нет уж! Если кто и заслужил быть счастливой и богатой — так это я! — Виктория просто пылала негодованием.
— Где вы спрятали карту клада? — спросила Лукреция.
— Вы правда считаете, что я вам скажу? Что я во всем признаюсь? — рассмеялась Виктория и жадно запихнула в рот сразу три конфеты.
— Мне не надо говорить. Я и так знаю, — тихо ответила Лукреция. — Когда я догадалась, что такое зверское убийство было совершено из любви, в одночасье перешедшей в дикую ненависть, я поняла, что так любить Лешу могли только вы, значит, и сделали это с ним тоже только вы. Я постаралась воссоздать пошагово день убийства Леши.
— Очень интересно. — Виктория развалилась в кресле и закинула ногу на ногу, предъявив толстую коленку.
