Он лишь усмехнулся, так привычно было слышать это от его пташки. Попытался отстраниться, но это было похоже на спор с самим собой, ведь он не хотел её задерживать, это могло бы быть опасным. Пёс пообещал себе, что ещё только одна минута, — и он позволит пташке упорхнуть в ее золотую клетку. Резким движением и, вместе с тем, осторожно, он прижал Сансу вплотную к двери, одной рукой приподняв ее подбородок, заглянул в ее голубые глаза с расширившимися сейчас чёрными зрачками…там не было отвращения, не было неприязни. Возможно, он увидел там что-то больше, чего пока не мог распознать. Санса не отталкивала его, она сама сделала неловкую попытку быть ближе, прикоснувшись к его плечам. Не в силах сдержаться, он почти набросился на её губы, проникая в ее рот языком, чувствуя, как она уже без стеснения отвечает ему. Опять задохнувшись, он разорвал поцелуй, ощущая себя мальчишкой, впервые целующим женщину. Глаза её были закрыты, ресницы трепетали и вздрагивали…он спустился ниже, к нежной длинной шее, сжав кожу губами и стараясь не оцарапать обожжённым уголком рта, ласкал, не останавливаясь, задыхаясь от собственного возбуждения…она была невинна и неопытна, он понимал это…мальчишка-принц, сорвавший ее первый поцелуй, мерзкий садист, способный возбуждаться только от чужой боли и мучений, — чему он мог научить начавшую расцветать нежную девочку? Ее юное тело, сладко пахнущее молодостью, невинностью и чистотой, лимонами и медом, ее нежная кожа, так чутко и страстно реагирующая на его прикосновения…он понимал, что совращает ее, никогда не испытывавшую ничего подобного, по крайней мере, в этой версии реальности… Вначале Санса пыталась оттолкнуть его, испугавшись новых, таких захватывающих ощущений, но, правда, слабо, а потому, безрезультатно…потом, не сдерживая стонов удовольствия, которое дарили его губы, язык и горячие руки, сдалась и расслабилась… Пёс прижимал девушку к двери, сходя с ума от желания, заставляя через тонкую ткань платья почувствовать своё возбуждение, целуя ее шею… его руки уже сами привычно ласкали ее грудь через одежду. Минута, обещанная самому себе, давно истекла, а он зашел уже настолько далеко, что и сам в это не верил…и вдруг, как будто очнувшись от забытья, обнаружил себя уже обезумевшим, рычащим, пытающимся разорвать корсаж её платья… Боги, это же моя пташка!!! Что я делаю?!!! Она же ничего не понимает, она испугана, видит перед собой похотливое животное…надо остановиться именно сейчас, немедленно!!! Выставить ее за дверь, а не вот так… сойти с ума..... Он собрал всю свою волю в кулак и, издав утробный животный рык, отстранился…тяжело дыша, наблюдал за ней и пытался оценить масштабы содеянного… Санса не протестовала, когда он ласкал ее грудь через ткань платья, ведь все, что он с ней делал, дарило удовольствие, как будто он знал, как и где будет лучше прикоснуться к ней, где его поцелуи доставят наибольшее наслаждение…Это затуманивало разум, вначале предупредительно шипевший, что надо немедленно оттолкнуть его и убраться отсюда…вырваться из объятий человека, в которого она почти влюбилась по уши.....но она стонала от наслаждения, полностью отдавшись ему в руки… Ее не волновали сейчас ни реакция её отца, узнай он об этом, ни бешенство её жениха, ни праведный гнев матери, ни укоры септы…ей было все равно…все её желания, ощущения, эмоции… да и сам смысл жизни сосредоточились сейчас в руках и губах одного человека — грубого, злобного, циничного, уродливого Пса — телохранителя её великолепного красавца-принца.....
Она медленно пришла в себя и встретилась глазами с настороженным взглядом Пса.
— Как ты, пташка? Прости.....не злишься на меня?
Санса удивленно подняла брови — за что ей его прощать, за что злиться? Отрицательно покачала головой. Сандор поправил смятое его руками платье на ее плечах, проверяя, не осталось ли где ещё непорядка в ее одежде. Губы девушки припухли от его поцелуев, щеки пылали, натертые жесткой щетиной, но глаза…глаза горели лихорадочным огнем. Возможно, она и вправду была довольна…
— Прости, пташка, но я не пойду тебя провожать…мне лучше остаться здесь, — он шагнул назад, давая Сансе возможность открыть дверь и уйти, возможно, навсегда. Возможно, для того, чтобы вернуться со стражей, обвинив его в попытке покушения на честь дочери десницы короля и невесты принца… возможно…
