Выйдя из джунглей, она подошла к костру и, усевшись рядом с Майком, с вызовом посмотрела на Араба. Не обращая на неё никакого внимания, Араб зацепил кончиком ножа кусок мяса и, ловко отправив его в рот, прожевал. Бросив в банку сломанную пополам галету, он дождался, когда она пропитается жиром, и, орудуя всё тем же ножом, принялся с аппетитом поедать. Вылизав банку почти до блеска, он отставил её в сторону, всыпал в котелок горсть кофе и задумчиво ответил:
– Знаешь, старина. Я недаром говорил, что есть люди, которых стоит жалеть, а есть те, о которых жалеть совсем не стоит. Так вот, эта команда как раз из последних. Как вам известно, в прошлом я был наёмником и мне приходилось видеть работу самых разных подразделений и групп. С этой группой я тоже сталкивался. Нам повезло, что меня предупредили об их появлении. Как ни крути, а они были профи. Не окажись мы тут раньше них, всё могло бы кончиться совсем не так. Если забыть о ни в чём не повинных крестьянах и детях, то нас троих просто убили бы, а вас, Лиза, пропустили бы через всю группу. И не надо делать вид, что вы в это не верите. Я такое уже видел.
– И конечно, не остановили их, – презрительно закончила за него Лиза.
– Это было не в моих силах, – устало покачал головой Араб. – Я не могу рассказать всё, но на тот момент соотношение сил было таково, что любой неправильно истолкованный жест мог окончиться моей смертью.
– А вы очень хотели жить. Не так ли, Араб? – всё с тем же сарказмом спросила Лиза.
– Мне жаль, что вы так резко настроены против меня, – вздохнул Араб. – Но если вы считаете, что, приняв меня в круг, хранитель сделал большую ошибку, обратитесь с этим вопросом к нему. Не надо выводить меня из себя. Вы слишком слабый боец, чтобы противостоять мне.
– Я уже высказывала своё мнение по этому поводу, но старейший не захотел услышать меня. Он сделал посвоему и принял вас в круг. А жаль.
– Чего именно вам жаль? Того, что меня приняли, не обращая внимания на вашу глупость, или того, что я оказался компетентнее вас всех вместе взятых? – жёстко спросил Араб. – Тактика, которую мне описали парни, может сработать, если нападающих не больше шести или если они не имеют специальной подготовки. Это я уже доказал. Впрочем, убеждать вас в чёмто – просто терять время впустую. Есть очень простой и доступный для всех способ, как избавиться от меня.
– И какой же? – с вялым интересом спросила Лиза.
– Вы берёте на себя всю ответственность за этот круг силы, а я больше не появляюсь здесь. Никогда. Но если вдруг случится так, что хранительница всетаки опять вызовет меня, вы никогда больше не будете оскорблять меня. Неважно, в какой форме.
– Меня это устраивает, – решительно ответила Лиза.
– Зато меня, нет, – прозвучал звучный голос хранительницы, и она присоединилась к воинам у костра. – Иногда у меня складывается такое впечатление, сестра, что ты, приехав сюда, забыла свои мозги дома.
– О чём ты, мать? – спросила Лиза, не ожидавшая такой отповеди.
– О том, что ты набрасываешься с руганью на лучшего воина и готова отказаться от его защиты только в угоду своим глупым амбициям. Что ты сама можешь? Что ты готова была противопоставить тем людям?
– Свою мораль и глупую демагогию, – тихо рассмеялся Араб. – Даже ангелов рисуют с мечами. Неужели так трудно понять, что добро должно иметь крепкие кулаки? В противном случае его просто уничтожат.
– И для чего же добру кулаки? Чтобы призывать людей к добру? – попыталась съехидничать Лиза.
– Для того, чтобы защищать себя. Зубы и когти имеют все, но не все пускают их в ход просто так.
– Что вы хотите этим сказать? – не поняла Лиза.
– То, что я никогда не убивал просто так, ради развлечения, в отличие от тех, кого мы уничтожили сегодня. Я приведу только один пример. Это было в лагере беженцев на границе Бургундии. Набравшись местного самогона, эти ребята, которых вы так старательно защищали, выгнали из лагеря тридцать человек и заставили бежать по одному, стреляя вслед. Пари заключалось в том, что нужно было убить бегущего, затратив как можно меньше выстрелов. В этой группе были только женщины и дети. Самому младшему – десять, самой старшей – тридцать восемь.
– Этого не может быть! – тихо ахнула Лиза.
– К сожалению, может, – покачал головой Араб. – А самое паршивое, что офицеры из команды американских военных смотрели на это и просто смеялись. Хотя именно им и была подчинена эта команда.
– Я не верю вам, – срывающимся от слёз голосом ответила Лиза.
– Я мог бы приводить подобные примеры до утра, – пожал плечами Араб. – Но главное не в этом.
– А в чём? – тихо спросила хранительница.
– В том, что я всегда старался избегать ненужной крови. Да, я наёмник. Можно сказать, убийца. Я даже соглашусь с тем, что мои руки по локоть в крови. Но на них нет ни одной капли крови, пролитой просто так, бесцельно. Я воевал, я убивал. Но все, кто были мной убиты, были или солдатами, или теми, кто хотел убить меня, пусть и не всегда оружием.
– Как тебя понять, брат? – удивлённо спросил Майк.
