— Ох, на самом деле, они почти идентичны. Но попробуй убедить в этом наших уважаемых господ, — пренебрежительно ответила девушка.
Челюсти генази огня сжались.
— Это какое-то представление? — внезапно спросил Тобин, — Клоунское выступление? Мне кажется оно весьма забавным, какой там текст…
— Не думаю, что ты сможешь его запомнить, — невозмутимо ответила Ариэлла.
Низкий генази заговорил на наречии Огня, а Фламбурн начал переводить, чтобы Тобин и Кефас понимали, о чем идёт речь.
— Кабала Огненной Бури сохраняет своё могущество во много благодаря именно языку генази. Не забывай об этом, рожденная ветром.
Мужчины замолчали и переглянулись, после чего высокий генази заговорил на языке генази огня, а Лавакр перешел на Алзхедо:
— Кабала Огненной Бури сохраняет нашу историю и наше величие. А наше задание здесь делает нас героями для младших рас и примером для нашей молодежи.
— Это значит, — начала Ариэлла, — что эти двое считают свою миссию дипломатической, хотя они прекрасно знают, что меня прислали, дабы я прекратила их вранье.
— Так значит, они послы? — спросил Кефас.
— Ничуть. Просто курьер и присяжный свидетель, которые должны были доставить послание в Гильдию Рукавицы. На самом деле, на моей родине эта часть мира считается совершенно бесполезной варварской пустыней, так что путешествие сюда многими расценивается как ссылка.
К удивлению Кефаса, генази огня утвердительно кивнули.
— Власти Аканула решили, что наши действия слишком опасны, а доводы слишком разумны, и они отправили нас сюда, — добавил Лавакр.
— Эти двое работали в администрации Кабалы, — пояснила Ариэлла, — но потом генази стали избегать этого места, а матери запрещать детям гулять на той улице, что вызвало ненужные подозрения.
— Значит…вы раздражали властителей города? — спросил Кефас.
— Не просто раздражали, они создавали реальную угрозу — пояснила девушка.
— Похоже, что, не смотря на это, Халиф Знаний ставит их выше тебя, Ариэлла, — сказал Тобин.
— Это так, — ответила генази ветра, — И узнать — почему это так, было одной из самых интересных моих задач…
— До недавнего времени, — добавила она, посмотрев на Кефаса.
Как только стало ясно, что генази огня хотели посмеяться над Ариэллой из-за того, что она была выбрана Халифом Знаний как нянька для Кефаса, то девушка быстро и эффективно пресекла это — она просто встала и собралась уйти.
— Вы двое, — сказала Ариэлла, глядя на Кефаса и Тобина, — Пойдемте, прогуляемся.
Великан и генази земли кивнули, быстро встали и вышли в коридор вслед за девушкой. Поджатые губы каменного гиганта расслабились, а его рот расползся в улыбке.
— В чем дело, Тобин? — спросил Кефас, радуясь, что великан, наконец-таки, улыбнулся.
— Когда эти двое говорили на своём языке, это очень напомнило мне смешной язык свирфнбели.
— Что ты имеешь в виду? — спросила Ариэлла.
— Кабала! — воскликнул Тобин, — На языке глубинных гномов это означает «помёт любого неразумного существа родом из Подземья».
Ариэлла усмехнулась, а Кефас добавил:
— Возможно, они это и имели в виду.
— Не думаю, Кефас, — серьезно ответил Тобин, — Конечно, обогащение почвы очень важное дело, но, я боюсь, не для тех двоих джентльменов.
Ариэлла снова усмехнулась.
— А ты много знаешь, Тобин, — сказала генази ветра.
— Это одно из требований к актёру в Цирке Чудес. А теперь, боюсь, я должен покинуть вас — Матиас попросил меня помочь Синде отвести «еду» в гнездо Трилл.
— Значит, ты не только умен, но еще и добр, — добавила Ариэлла, — Но почему Матиас не покормит виверну сам?
— Он хотел покинуть дворец, дабы не пересекаться лишний раз с Халифом. Кажется, между ними что-то есть.
Ариэлла кивнула.
— Думаю, это крайне неприятно для самого Матиаса. Что ж, иди, Тобин, и передай ей, что я была бы не против познакомиться с ней, когда она утолит свой аппетит.
— Судя по тому, что я знаю о Трилл, это значит, что ты никогда не сможешь с ней познакомиться.
Генази земли и ветра прогуливались по коридорам дворца Халифа, пока не вышли к небольшому саду и ручью, быстро бегущему между камней под неестественным углом. От ручья исходил слегка слышный мелодичный и ритмичный звук.
— Вода для меня — музыкальный инструмент, — начала Ариэлла, — Ты только вслушайся в музыку, которую создаёт вода, сталкивающаяся с камнем.
Кефас лишь покачал головой.
— Полагаю, в городе, полном магии, такое происходит повсеместно. Думаю, каждый день здесь как отдельная история.
— Возможно. Знаешь, жизнь чудесна лишь здесь, в Альмарайвене. Халиф Знаний лично создаёт и заботится о природе и жизни своих подчиненных. В остальном же мире нередко процветает жестокость и безнадежность.
— Как на Джазирии, — добавил Кефас.
— Прости меня, Кефас, — ответила девушка, закрыв глаза, — Я совсем забыла, что ты не понаслышке знаком с жестокостью этого мира. Думаю, что гораздо больше, чем я.
— Нет, нет, не вини себя, — сказал Кефас, поднимая руки на уровень груди, — Сейчас мне кажется это таким далёким. Вся эта жестокость и…безнадёжность, — генази посмотрел на девушку, ожидая от неё подтверждения правильного использования слова. Девушка кивнула и полу-джин продолжил:
