Позднее, когда челнок нес их на орбиту, барон смотрел вниз, на береговую линию, на деревни, на дымовые трубы и покрытые новыми траншеями ландшафты Каладана. Взволнованный Паоло перебегал от иллюминатора к иллюминатору.
– Мы будем долго лететь?
– Я не пилот, откуда мне знать? Машинная империя находится где-то очень далеко, иначе люди давно бы узнали о ней.
– Что с нами будет, когда мы туда прилетим?
– Спроси у лицедела.
– Он не будет со мной разговаривать.
– Тогда спроси у Омниуса, когда увидишь его. А пока, мальчик, развлекайся.
Паоло уселся рядом с бароном в его пассажирской каюте и принялся пробовать сладости из разных пакетиков.
– Ты же знаешь, что я особенный. Меня тщательно оберегали, за мной внимательно наблюдают. Кстати, кто такой Квизац Хадерач? – Он вытер губы тыльной стороной ладони.
– Не вникай, мальчик, в их заблуждения слишком глубоко. Никакого Квизац Хадерача не существует вовсе. Это миф, легенда, о которой есть сотня упоминаний в таком же числе разных пророчеств. Вся эта селекционная программа Бинэ Гессерит – сплошной бред и вздор.
Он вспомнил, что и сам успел поучаствовать в этой программе в своей прошлой жизни, вынужденный оплодотворить эту злую сучку Мохайем. Он унизил ее во время совокупления, а она в отместку изменила его обмен веществ так, что он страшно раздулся и разжирел.
– Это не может быть вздором. Меня же посещают видения, особенно когда я принимаю таблетки специи. Я переживаю эти видения снова и снова, одни и те же. Я держу в руке окровавленный нож и торжествую победу. Я вижу, как добиваюсь главного трофея – меланжа, но и чего-то много более важного, чем меланж. Я часто вижу себя лежащим на полу и истекающим кровью. Какое из этих видений – правда? Они сбивают меня с толку!
– Ладно, кончай болтать. Лучше поспи.
Они состыковались с кораблем без опознавательных знаков на удаленной от Каладана орбите. На корабле не было логотипа Гильдии и не было навигатора. Большие двери ангара открылись, и специальные устройства втащили челнок внутрь. Серебристые фигурки повели судно к крепежной люльке. Роботы – демоны древней истории! Ах вот как, значит, в рассказах Хрона было все же зерно истины.
Барон улыбнулся мальчику, прилипшему к иллюминатору.
– Нам предстоит интересное путешествие, Паоло.
Теперь, когда гхола доктора Юэ обрел память о прежней жизни, Пол Атрейдес понял, что настало время испытать более изобретательные способы для возвращения памяти. Пол был самым старшим из детей гхола, обладавший (как все надеялись) самым мощным потенциалом, но Шиана и ее советницы выбрали для первого опыта Юэ. В отличие от доктора Сукк Пол всеми фибрами души жаждал восстановления памяти. Он горел желанием вспомнить свою жизнь, любовь к Чани, детство, проведенное с герцогом Лето и леди Джессикой, дружбу с Гарни Холликом и Дунканом Айдахо.
Пола продолжали преследовать видения-воспоминания о собственной двойственной смерти, и от этого его нетерпеливое желание все вспомнить только возрастало.
Как могли пассажиры корабля-невидимки до сих пор наивно полагать, что у них еще есть время осторожничать? Всего несколько месяцев назад они чудом сумели ускользнуть из расставленной Врагом сети, которая стала ярче и прочнее, чем раньше. Большую тревогу вызывало и то, что до сих пор не был обнаружен диверсант. Опасность продолжала нависать, несмотря на то что вредитель не совершал ничего столь ужасного, как убийство трех аксолотлевых чанов и нерожденных гхола.
Пол понимал, что «Итака» нуждается в нем; он устал быть просто гхола. Ему в голову пришла мысль совершить попытку, одновременно отчаянную и опасную, но он не колебался ни минуты. Реальная память висела где-то близко, как мираж за раскаленным сверкающим горизонтом.
Сейчас вместе с верной Чани он стоял перед закрытым люком большого грузового отсека, наполненного песком. Кроме подруги, он не сказал никому, что собирается делать. За истекшие два года на корабле усилиями баши и ревностного Сафира Хавата соблюдались беспрецедентные меры безопасности, но никому не пришло в голову взять под охрану вход с отсеком, где жили песчаные черви. Эти чудовища считались достаточно опасными, они способны были сами себя защитить. Только одна Шиана могла без опаски входить к червям, но когда она заходила к ним в последний раз, даже она – пусть и на короткое время – была проглочена одним из чудовищ.
Пол смотрел на красивое, как у эльфа, лицо Чани, на ее густые темно-рыжие волосы. Даже не помня своего прежнего предназначения, не обладая истинной памятью об их любви, он и сейчас находил эту фрименскую девочку очень привлекательной. Она, в свою очередь, придирчиво осмотрела его снаряжение, костюм и инструменты.
– Ты сейчас выглядишь как настоящий фрименский воин, Усул.
