Окончив чтение, Аша закрыла журнал и решила отнести его Мохендро, чтобы и он прочел рассказ, но Мохендро в это время сам поднялся к ней.
При виде мужа смутная тревога сжала сердце Аши.
– Ну, какой счастливец занимает твои мысли, пока ты сидишь тут одна? – обратился Мохендро к жене, пытаясь казаться жизнерадостным и беззаботным.
Но Аша уже позабыла обо всех злоключениях героев и героинь.
– Уж не заболел ли ты? – спросила она.
– Нет, я здоров.
– Похоже, тебя беспокоит что-то, скажи мне, что случилось?
Мохендро взял пан из коробочки, положил его в рот и сказал:
– Я сейчас думал о бедной тете Аннапурне, она давно не видела тебя. Как бы она обрадовалась твоему приезду!
Не отвечая, Аша молча смотрела на Мохендро. Она не могла понять, с чего он снова заговорил об этом.
– Разве тебе не хочется ехать?
Аше было нелегко ответить на этот вопрос. Ей хотелось повидать тетю, но оставить Мохендро она не могла.
– Поедем, когда у тебя будут каникулы… – сказала она.
– Я и в каникулы не смогу. Нужно будет готовиться к экзаменам.
– Тогда нечего говорить об этом. Ведь не обязательно же мне ехать.
– Но почему же? Почему не поехать, если хочется?
– Мне не хочется.
– Раньше так просила, а теперь вдруг расхотелось!
Аша сидела опустив глаза и молчала. Если бы Аша уехала, Мохендро легче было бы помириться с Бинодини. Однако Аша молчала, и он вдруг почувствовал беспричинное раздражение против жены.
– Может быть, ты меня подозреваешь в чем-нибудь? – неожиданно обратился он к Аше. – Поэтому намерена следить за мной днем и ночью?
Обычная мягкость, покорность и терпение Аши вдруг показались ему невыносимыми. «Хочет ехать, так и сказала бы: поеду! Отправляй меня как знаешь! Так нет же: то „да“, то „нет“, а то сидит и молчит. Что же это такое, в самом деле!»
Аша заметила раздражение Мохендро и перепугалась. Она стала лихорадочно думать, что бы ответить ему, но не находила слов. Аша не понимала, почему Мохендро бывает теперь с ней то очень нежен, то неожиданно груб. Но чем непонятнее становились для нее поступки Мохендро, тем сильнее тянулось к нему ее трепетное сердце.
Она, Аша, подозревает Мохендро, выслеживает его?! Что это – злая насмешка или несправедливое подозрение? Клясться, что это не так, или обратить все в шутку?
Аша продолжала молчать. Мохендро, потеряв терпение, резко повернулся и вышел.
Последние отблески солнечных лучей исчезли, наступили сумерки, теплый весенний ветер сменился вечерней прохладой, а бедная Аша все еще лежала ничком на циновке.
Когда глубокой ночью она заглянула в спальню, то увидела, что Мохендро лег без нее. Аша подумала, что Мохендро стал презирать ее за равнодушие к тете Аннапурне.
Аша присела на постель, обняла его ноги и замерла. Тогда Мохендро, сжалившись, попытался обнять ее, но Аша не поднималась.
– Прости, если я в чем-нибудь виновата, – шепнула она мужу.
– Ты ни в чем не виновата, Чуни, – растроганно ответил Мохендро. – Я просто скотина, что мучаю тебя напрасно.
Слезы брызнули из глаз Аши, орошая ноги Мохендро. Он встал и, взяв жену на руки, уложил рядом с собой. Аша немного успокоилась и снова заговорила:
– Неужели ты думаешь, что мне не хочется повидать тетю?! Но сердце мне подсказывает не оставлять тебя одного. Поэтому я и не поехала. Не сердись на меня, пожалуйста!
Нежно вытирая ее влажный лоб, Мохендро сказал:
– На что же мне сердиться, Чуни! На то, что ты не хочешь ехать без меня? Никуда тебе не нужно ездить!
– Нет, я все-таки поеду.
– Почему?
– Как ты мог подумать, что я подозреваю тебя! Но раз уж у тебя вырвались такие слова, я обязательно уеду хоть на несколько дней.
– Я виноват, а искупать вину должна ты?
– Может, я сама виновата в чем-то, иначе тебе и в голову не пришли бы такие странные мысли. Мне никогда и во сне не снилось, что я могу услышать от тебя что-нибудь подобное.
– А снилось тебе, какой я дурной человек?
– Опять! – жалобно воскликнула Аша. – Не говори о себе так! Все равно я поеду в Бенарес.
Мохендро рассмеялся.
– Ну хорошо, поезжай. А что, если я испорчусь тут без тебя, что тогда будет?
– Не пугай меня напрасно, а то я раздумаю и останусь.
– А подумать стоит. Такому мужу, как я, только дай волю! Кого потом будешь винить?
– Успокойся, не тебя!
– Может, себя?
– Сто раз!
– Ну хорошо, завтра я переговорю с твоим дядюшкой насчет поездки. – Заметив, что уже поздно, Мохендро повернулся было на другой бок, собираясь уснуть, но через минуту обернулся вдруг к Аше и сказал: – А может, тебе все-таки не стоит ехать, Чуни?
– Зачем ты споришь со мной? – умоляюще проговорила Аша. – Если я не уеду, твой упрек будет всегда преследовать меня. Кроме того, я ведь уезжаю всего на несколько дней.
Накануне отъезда Аша обняла Бинодини и сказала:
– Милая Песчинка, обещай исполнить мою просьбу.
– Говори, дорогая, – ответила Бинодини, ласково ущипнув Ашу за щеку. – Разве могу я отказать тебе?
– Не знаю. В последнее время ты очень изменилась. Мужа моего даже видеть не желаешь.
