– Я поступлю так, как ты того желаешь, – продолжал Мохендро. – Останусь дома на целую неделю. Только по пути в колледж буду заходить и давать распоряжения Кхеми. Надоедать тебе не стану.
Трудно сказать, слышала ли Бинодини его слова, – она молча смотрела в окно на темное небо.
Мохендро стал собирать свои вещи.
Когда он ушел, Бинодини долго сидела неподвижно, потом неожиданно, будто стараясь привести себя в чувство, в отчаянии разорвала сари и начала бить себя в грудь.
– Госпожа, что с вами? – прибежала испуганная Кхеми.
– Пошла прочь! – крикнула Бинодини, вытолкнула служанку из комнаты и заперлась на ключ.
Оставшись одна, она сжала кулаки, долго каталась по полу и стонала, как раненое животное. Наконец, совершенно измученная, Бинодини забылась и всю ночь пролежала на полу у окна.
На рассвете, когда солнечные лучи залили комнату, в душу Бинодини неожиданно закралось сомнение: что, если Мохендро солгал, обманул ее?
– Кхеми, – позвала она служанку. – Сейчас же сходи к господину Бихари и узнай, как он там.
Через час Кхеми вернулась.
– Все двери и окна в доме господина Бихари закрыты, – доложила она. – Я долго стучала, но слуга сказал мне, что господин уехал.
Последняя надежда Бинодини рухнула.
Узнав, что Мохендро ночью покинул супружеское ложе, Раджлокхи рассердилась на невестку. Она решила, что это упреки жены заставили сына уйти из дому.
– Почему ушел Мохендро? – спросила она невестку.
– Не знаю, ма, – отвечала Аша, опустив глаза.
«Не знает!» – возмутилась старая женщина.
– Кто же тогда знает? – проговорила она сердито. – Ты, наверное, что-нибудь сказала ему?
– Нет, – прошептала Аша.
Но свекровь не поверила.
– Когда он ушел?
– Не знаю.
– Ну конечно, ты ничего не знаешь! – вне себя от гнева воскликнула Раджлокхи. – Подумаешь, дитя невинное! Притворщица! – Она долго кричала, упрекая невестку. Это из-за нее и ее дурного характера ушел Мохендро.
Аша безропотно выслушала упреки и только в своей комнате, оставшись одна, дала волю слезам.
«Я никогда не понимала, за что муж меня любит, – печально размышляла она, – и теперь не знаю, как вернуть его любовь».
Сердце всегда подскажет, как угодить человеку, который любит. Но как завладеть душой того, кто разлюбил, – это было Аше неведомо. Она не могла, забыв стыд, добиваться расположения человека, который покинул ее ради другой женщины.
Вечером пришли брахман-астролог и его сестра. Раджлокхи пригласила их для того, чтобы они устранили неблагоприятное для сына сочетание светил. Старая женщина позвала Ашу к себе и попросила астролога посмотреть на линии ее руки и составить гороскоп. В смятении оттого, что чужие люди будут судить о ее несчастье, Аша с трудом заставила себя протянуть руку предсказателю. Вдруг на темной веранде, прилегающей к комнате, Раджлокхи услыхала тихие шаги, словно кто-то пытался пройти незамеченным.
– Кто там? – спросила она.
Никто не ответил. Раджлокхи повторила свой вопрос.
В комнату тихо вошел Мохендро.
Когда Аша увидела, как муж ее, крадучись, словно вор, входит в свой собственный дом, сердце ее сжалось от стыда. А тут еще чужие люди. Стыд за мужа был для Аши мучительнее, чем ее собственное горе.
– Невестушка, – ласково обратилась Раджлокхи к Аше, – прикажи Парботи принести ужин для Мохина.
– Я сама все сделаю, – сказала Аша.
Она хотела уберечь Мохендро от взглядов слуг.
Присутствие в доме астролога и его сестры привели Мохендро в ярость. Его мать и жена, желая обрести власть над ним, прибегли к помощи невежественных, темных людей. Когда сестра астролога сладким голосом спросила его о самочувствии, Мохендро ничего не ответил и сердито сказал матери:
– Я пойду к себе.
Раджлокхи обрадовалась. Она решила, что Мохендро хочет наедине поговорить с Ашей, и, очень довольная, быстро прошла на кухню.
– Иди, иди скорей наверх, – сказала она невестке. – Мохин хочет спросить тебя о чем-то.
Испытывая робость и волнение, Аша поднялась наверх. Она думала, что Мохендро сам позвал ее, и все же войти в спальню не решалась. Стоя в темноте у полуоткрытой двери, она наблюдала за мужем.
Мохендро лежал на постели, уставившись в потолок. Лицо его выражало отчаяние. Да, это был Мохендро, тот же Мохендро и та же комната, но как все изменилось! Когда-то Мохендро превратил в рай эту маленькую спальню. Зачем же теперь он оскверняет своим присутствием комнату, полную сладостных воспоминаний! Он не имеет права лежать на этом ложе, если в сердце его смятение, равнодушие, гнев и мука, если он забыл бесконечный, непередаваемый шепот любви, который слышался здесь и в темную ночь, и в знойный, словно застывший полдень, и в ленивый дождливый день, и в весенний вечер с его волнующим ветерком? Разве в доме нет других комнат? Нет, он ни минуты не должен оставаться здесь!
