и — в траурных чёрных трусах
лишь мыслями на тротуаре
ногами паря в небесах
забыв про мороз и усталость
он йог был и в общем-то маг
и быстро чалма наполнялась
купюрами ценных бумаг
от взгляда магической силы
в стакане кипела вода
и целый район погасил он
зубами зажав провода
и вот он взлетел над толпою
окутанный паром как ТЭЦ –
малец поперхнулся соплею
и всхлипнула баба «пипец»
он лопал оладьи из дуста
хлебал казеиновый клей
и все в нём признали индуса
а был он московский еврей
любил он московские зимы
а жил бы в Америке — глядь
возили б его лимузины
но он не хотел улетать
1992
собирались поэты пили водку вино
говорили про это но всё больше про то
как им быть в этот тяжкий для России момент
заливали спиртяжкой и Абрам и Мамед
и актёр и философ разгоравшийся спор
от проклятых вопросов негде вешать топор
и под утро в угаре закурив анашой
заиграл на гитаре паренёк небольшой
стало пусто и зябко проблевавшийся сноб
захрапел а хозяйка просто валится с ног
для мадам в шапке пёсьей поймала такси
и никто не принёс ей ни цветка ни «мерси»
сникли вяло и грузно за окошком — бело
молчаливая муза постелила бельё
засыпали вповалку просыпались к пяти
«ты жива ещё Валька — чаёк вскипяти»
майонезом сопливым смазал я чебурек –
может вышла за пивом — вот какой человек –
ни гостям и ни мужу ни о чём ведь таком –
обнаружили музу в ванной под потолком
и уставились тупо — вот какие дела –
губы синие трупа улыбка свела
мы опухшие рыла скроили умно
и увидел я крылья за спиной у неё
1993
я увидел инвалида
я прошёл — не подал вида
мне вдогонку инвалид
«как здоровье» говорит
я заплакал от обиды –
почему мы — инвалиды
я же тоже инвалид
раз душа моя болит
я из дома завтра выйду –
дам сто баксов инвалиду
«выпей водки инвалид
мне — здоровье не велит»
1997
покраснели на осинах парики
сколотили журавли последний клин
я живу теперь в мансарде у реки –
пью вино смотрю в окно или в камин
а в окошке — иностранное кино
а в камине — пляшет пьяный арлекин
прилетает чёрный ворон на окно
пахнет снегом серебристый кокаин
эй ты ворон что расселся — ну-ка кыш
у меня дела в порядке — экстра-люкс
я допью вино спою шумел камыш
а потом достану ствол и застрелюсь
а пока живу в мансарде у реки –
пью вино смотрю в окно или в камин
а в России — на осинах парики
сколотили журавли последний клин
1997
в Амстердаме-ламстердаме –
Новый год
над горбатыми мостами –
Новый год
хлопни стопку для затравки
покури с подружкой травки –
вэри гуд о майн гот
в полуправде-полусказке
голубой
Санта-Клаус красит глазки –
голубой?
битте-дритте прошу
пани из горла — глоток шампани –
за любовь за любовь
эй сеньора пару пива
повело
пальчик отведи красиво
повело
завертелись окосели
в карнавальной карусели –
Вавилон Вавилон
а наутро а наутро –
самолёт
снега сахарная пудра
самолёт
в облаках перед народом –
с Новым-новым-новым годом
всё пройдёт всё пройдёт
1998
в туманном Лондоне ночь
звучит нерусская речь
и никому не помочь
и ничего не сберечь
гудит прокуренный паб
тебе четырнадцать лет
я пью за бабки и баб
а ты смеёшься в ответ
ты скажешь мне «вэри вэл»
отвечу «бьютифул йес»
в тумане белом как мел
я пью за поле и лес
за наш российский народ
и за обратный билет
за то что нам повезёт
а ты смеёшься в ответ
1998
алмазный бизнес — опасный бизнес
пропахли камни кровавым потом
опасный возраст — когда за тридцать
самоубийца на "шестисотом"
его подруга — звезда экрана
а переводчик — каратеистка
друзья — банкиры кругом — охрана –
Марсель Кейптаун Лас-Вегас Фриско
его стреляли из автомата
его взрывали — да всё без мазы
пока в России хватает мата
а в чёрном небе горят алмазы
увяли розы разбиты вазы
вставные зубы другие песни
но будут вечно гореть алмазы –
они не гаснут и хоть ты тресни
…даймондз — а! — форэва
1998
сегодня ночь нежна
не ждёт меня жена –
она с ребёнком за границей где-то
поеду в казино –
поставлю на зеро
мне жжёт карман зелёная котлета
по жизни я — игрок
я — бык я — козерог
но я не верю в байки гороскопа
я начинал с нуля
я не бросал руля
когда все говорили «это жопа»
