На сумеречную отмель падали последние солнечные лучи, высушивая каждую капельку воды на их обнаженных телах. Рухнули все преграды. Совсем как та рыбка, которую Фан Ло только что выпустила, они с Ша Лу снова погрузились в воду, ловили каждую волну, чтобы плыть было легко и радостно, и безоглядно ринулись вперед. Когда Фан Ло поддалась своему желанию, небо, отмель и всё вокруг перестало существовать, остались только эти несущиеся вперед волны.
– Ша Лу! – позвала она, и в ее голосе звучало счастье.
Прошло немало времени, пока, наконец, успокоился этот бурлящий поток. Фан Ло и Ша Лу лежали рядом с зарослями кустарника на отмели. Фан Ло казалось, будто она только что пробудилась от долгого сна. Только открыв глаза, она поняла, что до сих пор неодета. Ша Лу уже давно облачился в свои широкие холщовые шорты и сидел подле нее. Увидев, что она очнулась, он нерешительно предложил:
– Учитель Фан, что если вы…
– Что? – она пытливо на него поглядела.
– Что если вы наденете мои штаны?
Фан Ло рассмеялась.
– Хорошо!
Ее брюки и блуза совершенно промокли, а воздух над отмелью становился тем временем все холоднее. Ша Лу протянул ей свои синие джинсы.
– Спасибо. Отвернитесь, пожалуйста, – попросила она.
Ша Лу молча отошел к краю зарослей и повернулся в сторону безмолвных, тающих в вечерней мгле кустарников. Фан Ло оделась и стала ждать, пока он заговорит. После того, что произошло между ними, думалось ей, они могли бы рассказать друг другу столько всего…
Но Ша Лу оставался таким же, как прежде – наивным, молчаливым.
– Садитесь, – предложила ему Фан Ло.
– Уже поздно, – ответил он.
– Давайте еще немного посидим, – настаивала Фан Ло.
Ша Лу послушно уселся рядом с ней. Он вытащил из кармана деревянную палочку и стал что-то вырезать на ней перочинным ножом.
– Это песенная палочка? – спросила Фан Ло. – Вы новые слова вырезаете?
– Новых слов у меня нет, – ответил Ша Лу. – Это я старые песни вспоминаю.
Он с силой провел ножом вниз, потом смахнул опилки и невнятно проговорил слова песни.
– Можно потрогать? – попросила Фан Ло.
Прорезь была очень глубокая и извивалась, словно дракон.
– Что это за песня?
– Песня рабочих.
Фан Ло попросила его прочитать ей слова песни, Ша Лу подумал и начал декламировать строчку за строчкой:
– А дальше? – с улыбкой спросила Фан Ло.
Ша Лу прочитал еще несколько строк, а следующие вспомнить не смог и стал просто напевать мелодию.
– Лучше спойте, – предложила Фан Ло.
– Я только по утрам пою, – ответил Ша Лу. – Все как раз встают, а петухи и собаки к тому времени уже умолкают. Я начинаю петь, и они пугаются.
– Тогда спойте тихо.
– Хорошо. Там есть еще один куплет.
– Какие хорошие слова, – вздохнула Фан Ло.
