Взлетев вверх однажды ты уже никогда не удовольствуешься землёй. И даже если обстоятельства лишили тебя всего, ты не остановишься и не опустишь голову, вновь и вновь продолжая забираться вверх, чтобы однажды заявить: "Этот мир мой". ...даже если для этого придётся вести в светлое будущее разноцветных четвероногих, разбомбивших свой мир мегазаклинаниями.
Среди серых небоскрёбов из синтетического камня, похожих на квадратные башни без окон, которые окружали квадратные зелёные зоны с кустами и деревьями, по широкой дороге из сверхпрочного бетона ехала давно устаревшая, раритетная машина на бензиновом двигателе (и это при условии, что сам бензин — искусственно синтезируемое вещество, создаваемое при помощи молекулярных принтеров заводского типа). В тёмно-синем небе, где не было видно ни солнца, ни луны, куда устремлялись тысячи тысяч небоскрёбов, соединённых миллионами мостиков на разных уровнях высоты, словно стаи насекомых носились репульсорные кары, атмосферные флаеры, и даже «пешеходы», пользующиеся реактивными ранцами с устройствами антигравитации.
Город жил своей жизнью, не засыпая ни днём, ни ночью, и на фоне повседневной суеты и гонки за новинками в области электроники, генетики и масс-медиа, древний лимузин казался чем-то чужеродным… как и его пассажир. Впрочем, старейшему жителю Земли, по совместительству являющемуся богатейшим человеком полушария планеты, никто не посмел бы сказать такую глупость в лицо. Всё же чувство юмора у дедушки Герасима было своеобразным и крайне зловредным.
Вот автомобиль остановился перед небоскрёбом корпорации «Билет в Новую Жизнь», его дверца открылась, и на бетонную дорожку выбрались двое мордоворотов, одетых в дорогие деловые костюмы. Они были генетически усовершенствованными людьми, в их телах находилась самая совершенная на настоящий момент аугментика, о снаряжении, до которого военным образцам далеко, как от Земли до Марса, и говорить не стоит.
Телохранители осмотрелись вокруг, просканировали пространство всеми возможными сканерами, и только после этого их подзащитный вылез из чёрного лимузина. Это был худощавый старик с седыми волосами, одетый в чёрный же фрак из натуральной шерсти, рубашку из настоящего шёлка, в кожаных туфлях, и опирающийся на трость из красного дерева. Он уступал своим охранникам и ростом, и шириной плеч, и вычурностью одежды, но всё равно умудрялся затмевать и подавлять спутников.
Десять шагов до двери небоскрёба они проделали за полминуты, так как Герасим не спешил, а телохранители даже не думали его подгонять. Но вот всё же автоматические створки распахнулись, открывая взгляду высокого гостя самого владельца данного предприятия.
— Герасим Павлович, я вас категорически приветствую! — радостно воскликнул мужчина средних лет в сером классическом костюме, выделяющийся горбатым носом и алчными чёрными глазами. — Как добрались?
— Пробок не было, Абрам Моисеевич, — сухо отозвался мультимиллиардер, чем вызвал вежливый смех у обеседника.
— Полагаю, в наши годы пробка могла бы образоваться, только если бы вы сами за это заплатили, — предприниматель жестом пригласил клиента войти.
— Вот уж чего мне точно не нужно, — проворчал старик. — Мой заказ готов?
— Да, конечно! — Абрам Моисеевич буквально пел соловьём, а если бы не парочка телохранителей, то сам бы подхватил старика под руку. — Квантовый транспортёр настроен и ждёт лишь вас. Я лично всё перепроверял, чтобы ваши требования были учтены дословно…
Холл встретил гостя журчанием воды в чаше фонтана из искусственного коралла, вокруг которого по зелёной траве прохаживались карликовые тигры, антилопы и другие звери, а в углах расположились четыре дракона, которые могли выдыхать только дым, имеющие размер верховой лошади. Справа и слева от фонтана начинались лестницы, которые вели на балкон второго этажа, образуя некое подобие подковы… но старика повели не туда, а к служебному лифту. Кабинка, спрятанная внутри одной из опорных колонн, быстро и бесшумно взлетела на тридцатый этаж…
…
«Ну, наконец-то», — мелькает мысль в голове, стоит лишь опуститься в ложе квантового транспортёра, похожее на половинку огромного яйца, вторая половинка коего висит на потолке.
Вокруг суетятся доктора, глаза которых красуются дорогой аугментацией, которая, впрочем, на пару поколений уступает аналогам, используемым моими «племянниками». Меня уже истыкали иглами, к которым тянутся прозрачные тонкие трубки капельниц, на голову надели шлем, оставляющий открытыми только глаза, а в лёгкие начали закачивать сладковатый газ.
Как известно всем осведомлённым лицам, процесс перемещения — это болезненная процедура. Чтобы увеличить вероятность успеха, необходимо укреплять разум и волю, принимать специальные лекарства, заниматься особыми тренингами… Но даже так, в лабораторных условиях, шанс провала составляет двадцать процентов. И мне бы очень не хотелось войти в их число, так как быть запертым в умирающем теле…
— Начинаем, Герасим Павлович, — предупредил Абрам Моисеевич, тоже накинувший халат. — Сосредоточьтесь на удержании себя в сознании.
Ответить уже не получилось, так как вторая половинка яйца опустилась, а затем квантовый транспортёр загудел, наполняя жутким зудом каждую клеточку тела…
***
