— Если так пойдет дальше, он нас непременно сожрет, — прошептала я. — Придумай что-нибудь, побыстрее!
— Просунь руку мне под крышку, — прогнусавил в ответ чемоданчик. — Там ты найдешь пузырек с пилюлями, умеряющими аппетит. Это должно успокоить его на какое-то время. Подмешай их в суп… Надеюсь, этого будет достаточно.
Я ощупью достала из недр чемоданчика обещанные пилюли и вернулась в лагерь. Грибной суп был почти готов и источал аппетитный запах. Я незаметно растворила пару пилюль в миске Глоббо.
— Держите, — сказала я, поднося ему кушанье. — Подкрепитесь, надеюсь, это утолит ваш голод.
— Очень сомневаюсь, — пробурчал великан, — но так уж и быть, попробую.
После чего ущипнул меня за щеку и вздохнул:
— Ты очень милая девочка… жалко, что такая худая.
«Только бы сработало! — подумала я. — Иначе до конца дня нам не дожить».
— А может, нам проломить ему голову большим камнем? — прошептала Поппи, когда я снова оказалась рядом с ней.
— Мы не можем! — отрезала я. — Он должен отремонтировать машину. Если он этого не сделает, в мире воцарится хаос, и миллионы людей погибнут.
— Ну ладно, — проворчала моя подруга. — Но тогда не вздумай хныкать, если он нас все-таки слопает.
Трясясь от страха, я торопливо проглотила свою порцию супа, который оказался очень вкусным. Обернуться я не решалась — я все время чувствовала, как Глоббо сверлит меня взглядом. Должно быть, представляет, как жарит меня на вертеле…
После еды пора было отправляться дальше. Чем скорее машина будет починена, тем скорее мы с Поппи сможем унести отсюда ноги.
Примерно через четверть часа ремонтник снова начал ворчать. Его желудок издавал совершенно отчаянное бурчание.
— Ах, как же я голоден! — стонал он. — Это просто невыносимо…
С обеих сторон дороги на нас таращились животные — спокойно и неподвижно, как будто люди не вызывали у них ни малейшего страха.
Здесь были и лани, и олени, и кабаны, и кролики… Из-за постоянного отсутствия солнечного света их шерсть стала совсем белой.[6]
— У-у, это уже слишком! — завыл Глоббо. — Они глумятся надо мной! Не могу больше терпеть! Сейчас я им покажу…
И, швырнув свою тяжеленную сумку прямо в дорожную пыль, он схватил огромный камень и рванул в направлении безмятежно глазеющих зверей. Я вскрикнула от ужаса.
К моему удивлению, животные и не подумали убегать. Ослепленный яростью и голодом, Глоббо бросился на одну из ланей и со всей силы ударил ее камнем по голове. Я ожидала, что бедное животное рухнет замертво с размозженным черепом, но ничуть не бывало… оно так и осталось стоять на ногах, неподвижное, как статуя. Глоббо в отчаянии бросился на кабана и тоже попытался убить его, но клыкастый зверь тоже застыл неподвижно… Тяжелые удары, которые наносил по нему обезумевший механик, отдавались странным звуком, как будто кто-то колотил молотом по бронзовой статуе.
Обессиленный этой вспышкой, Глоббо упал на колени среди каменной россыпи, обхватил голову руками и зарыдал.
Медленно и осторожно я приблизилась к животным и потрогала их. Они превратились в камень!
— Это… это машина так защищает их, — всхлипнул великан. — Как только кто-то пытается напасть на них, они тут же каменеют… Тогда их невозможно убить… и уж тем более съесть.
Теперь, когда опасность миновала, лани снова ожили и обрели прежнюю грацию. Легонько встряхнувшись, они неторопливо пошли прочь, звонко постукивая копытами по камням.
«Вот здорово! — восхитилась я. — Если бы машина могла делать то же самое и для тех, кто, подобно нам, живет на поверхности, на Земле больше не стало бы ни войн, ни преступлений!»
Жалобные стоны Глоббо быстро вернули меня к реальности.
— Ах! До чего же я голоден! — рыдал он.
К счастью, примерно через полчаса волшебные пилюли начали действовать, и желудочные спазмы перестали терзать несчастного великана, так что мы смогли продолжить путь в относительном спокойствии.
По мере того как мы спускались все ниже, среди скал начали появляться поселения пещерных людей.[7] Их обитатели стояли на пороге, глядя, как мы шагаем мимо. Некоторые дружески махали нам. Наши ноздри дразнили запахи готовящейся еды. При этом все пахло грибами: и похлебка, и хлеб… По всей видимости, грибы служили жителям пещер единственным источником пропитания. Наверное, за долгое время это должно наскучить. Только представьте себе: грибной хлеб, грибные пироги, грибной суп…
— Как все эти люди попали сюда? — спросила я.
— Случайно, — ответил Глоббо. — Кто копал шахты, кто просто провалился в глубокую трещину. То же самое и с животными.
С тех пор как муки голода отпустили его, он стал заметно дружелюбнее.
— Ну вот и добрались! — сказал он неожиданно. — За следующим поворотом вы увидите машину.
Подгоняемая любопытством, я ускорила шаг. И в самом деле, вскоре перед нами возникло нечто огромное, металлическое… я даже не могу объяснить, что именно. Для простоты скажу, что это было похоже на целую фабрику, ощетинившуюся трубами, циферблатами, рычагами. Повсюду мелькали лампочки, щелкали индикаторы. Я никогда в жизни не видела такого сложного устройства.
