Мы всё идём и идём. И мне начинает казаться, что горы к нам ближе совершенно не стали. Я устала, ноги заплетаются. Каиль шагает спокойно и без устали. Вот как так можно? Вытащил меня в девять утра. Сейчас, наверное, уже часа два прошло, а мы всё ещё в пешем пути.
Каиль иногда косится на меня, но ничего не говорит.
Когда же мы подходим к расселине, я замечаю, что она уже припорошена снегом. Это, похоже, оттого, что солнце сюда не попадает. Проход достаточно широк, и мы спокойно продолжаем идти, держась за руки.
Юноша вновь осматривает меня и недовольно качает головой.
- Ещё немного, Даффи, и мы придём.
- Да я вроде ничего и не говорю.
- Не говоришь, это верно, - подтверждает юноша. - Я и сам уже подустал, вот и подумал. Ты же такая маленькая. Пока я сделаю два шага, у тебя три.
- Надо же, заметил!
- Что-то не нравится, стрекоза? - Каиль покосился в мою сторону.
- Тебя Агата не отругает за прогул? - пытаюсь сменить тему.
- В преддверии свадьбы-то? Она совсем перестала обращать на меня внимания.
Молча, ожидаю продолжения. Не знала, что у Агаты кто-то есть, да ещё и настолько близкий, что даже замуж собралась! Но Каиль развивать тему не собирается и продолжает наш поход.
- А скоро свадьба будет? - не выдерживаю тишины.
- Хотели в последнем месяце осени. Значит уже в следующем, - Каиль задумался.
Я посматриваю на юношу. Может, следует спросить его о женихе? Шум крыльев отвлёк меня, и я поднимаю голову вверх. Высоко над нами пролетают стайкой вороны. Вновь смотрю на юношу, а он уже далеко в своих мыслях и глупо улыбается.
- О чём думаешь? - шутливо трясу юношу за руку.
- Да так, - он хихикает и облизывает потрескавшиеся губы, но мечтательность его не проходит. - Вот когда-нибудь она отважится обзавестись парой полукровок. Интересно стало, как тогда представлять их нашим детям? Тётушками, да дядюшками, или братиками и сестрёнками?
- Что ты сказал?
- Ну, в следующем году мне будет восемнадцать. Значит, мы поженимся уже меньше чем через год, - совершенно серьёзным тоном заявляет юноша.
- Да я про тётушек... - сбиваюсь. Уж не ослышалась ли? - С чего это мы должны пожениться?!
Каиль останавливается. Улыбка совсем стёрлась с его лица. Обескуражено смотрит на меня. Где-то каркают птицы, а нас то и дело накрывают тени облаков. Расселину мы почти прошли и теперь попадаем под едва тёплые солнечные лучи.
- Я люблю тебя, - говорит севшим голосом. - Потому и поженимся. Ты меня не любишь?
- Мне будет только шестнадцать!
- Не любишь, - уточняет.
- Люблю, - моргаю в удивлении. - Но речь не об этом!
- Именно об этом, - говорит спокойно. - Свадьба разрешается, когда совершеннолетним становится жених. За невесту имеет в таком случае право отвечать её родитель или опекун. Ты не вписана в семейную книгу Агнус, - закусил губу. - Мне надо будет за согласием идти к кому-то из твоего приюта?
- Да, к матушке Катерине. Так, не сбивай меня! Пока мне не будет восемнадцати, я ни за кого не выйду, это раз.
Мы остановились. Каиль продолжает иногда поглаживать меня подушечкой большого пальца. Он явно ждёт продолжения счёта. Его брови нахмуренно съехались над переносицей.
- Какие полукровки? Это два.
- Как это? Даже у Агаты рано или поздно должен проснуться материнский инстинкт, - усмехается. - И тогда родится хотя бы одна полукровка.
- А почему полукровка?
- Наверное, - начал Каиль так, будто я совсем уж глупости говорю, - потому что Агата Страж, а Лукас человек.
Я чуть не спросила: "Лукас здесь причём?", но вовремя себя остановила.
- Ты что, не знала? - ошарашено выдал Каиль.
Отрицательно мотаю головой. Как же так? Лукас женится на Агате?
Смотрю на Каиля, он невинно улыбается и пожимает плечами.
- Обнимашки, - тихо и нежно говорит юноша.
И вот я уже в его тёплых объятиях, продолжаю осмысливать полученную информацию. Юноша размыкает "обнимашки", и мы идём дальше. Совсем недолго. И вот перед нами, в низине меж холмистой местности, открывается вид на покинутое селение. Полуразрушенные каменные домики неровным кругом сгрудились вокруг старинного храма, а точнее того, что от него осталось. Я и с холма вижу статую женской фигуры перед самым храмом. Фигура, как и стены храма, и стены домов, что расположены ближе остальных к храму, черна.
Каиль спускается в низину, помогая спуститься и мне. Мы спрыгиваем по крутым камням, он то и дело подхватывает меня на руки там, где я, со своим ростом, перебраться не в состоянии.
Над селением не летает птиц, меж остатков стен не пробегает животных, и даже ящерок. Не растёт ни одного растения на высохшей земле. И чем ближе мы подходим к храму, тем лучше я начинаю понимать, что селение было сожжено. И пожар начался от храма.
- Здесь раньше жили Стражи? - предположила я.
- И люди тоже.
- А потом храм загорелся, да?
- Нет, - Каиль покачал головой. - Потом в селенье поиграл дракон.
- Чёрный дракон?
- Не обязательно. Он мог быть любой окраски.
- Ты что, про ящерицу говоришь? - я непонимающе смотрю на юношу. - Это не смешно.
- Я и не смеюсь.
Юноша отпустил мою руку и подошёл к статуе.
