Заведующим склада был самый настоящий гоблин: чуть с зеленоватым оттенком кожи, низкорослый и с большим носом, больше похожим на клюв вороны. В клане он был в единственном экземпляре, я его видел всего пару раз, он был очень нелюдимым и необщительным. Про него поговаривали, что на службу его взял сам Лугат за неизвестно какую оказанную услугу. Позже я выяснил у самого бывшего лорда, что эта история произошла, когда Лугат ещё не был лидером клана. Всю семью гоблина вырезали люди, но обстоятельства сложились так, что у Лугата был заказ на убийство именно этих разумных, хотя с его слов – разумными их было трудно назвать, так как это были самые настоящие убийцы, промышлявшие разбоем и грабежом, скрываясь в лесах от закона. И империя решила обратиться за помощью к вампирам, хоть их услуги стоили ох, как дорого, но дешевле было заплатить им, чем гонять по лесам военные подразделения для поимки обычных бандитов. Естественно, клыкастые вычислили их лёжку и всех вырезали, как бешеных свиней. Всё это видел тогда ещё молодой гоблин, так как сам планировал отомстить за семью, но что он мог сделать против вооружённой банды: только следить и ждать удобного момента. И, опознав в Лугате лидера мстителей, он раскрыл себя, припал на колени и обещал в знак благодарности всю жизнь отрабатывать за свершившееся правосудие. Лугат забрал его в замок и не пожалел, так как у гоблина оказались способности профессионального хозяйственника. С этого момента он всю жизнь трудился на складе оружия и других нужных бытовых вещей. Сейчас гоблин уже был в пожилом возрасте, а в клане его звали Скупердяй, но он не обижался и даже гордился своим прозвищем.
Виола подошла к решётке, за которой сидел гоблин, и попросила открыть комнату с оружием гномьей работы. Тот нажал какой-то рычаг, и отворилась одна из дверей, но предупредил шепелявым голосом, что вампирша знает правила, на что та лишь хмыкнула. Почему гоблин сидел за решёткой – я так и не понял, но когда зашёл в гномью оружейку, то все посторонние мысли вылетели и головы. Это были, действительно, произведения искусства. Я сразу подобрал себе кольчугу, которая была в два раза легче предыдущих, вязка мелкими кольцами и, вообще, смотрелась очень круто. Пока я занимался примеркой вместе с вампиршей, Умарту приглянулся небольшой арбалет, тоже очень изящной работы и наверняка на порядок выше по параметрам нанесения урона, чем у стандартного экземпляра. Виола посмотрела с укором на Умарта, но тот опять изобразил взгляд побитой собаки, да так мастерски, что даже Валькирия махнула рукой и сказала, что если он сможет вынести отсюда эту игрушку, то может считать её своей собственностью. В чём заключалась проблема выноса вещей из этой комнаты – я понял, когда мы вышли к гоблину.
Дверь сама за нами со скрипом закрылась, как и все остальные, и даже та, которая вела на выход.
– Фиола, ты фзнаеф прафила: или рафрефение лорда, или плати монету, а так нифево фынофить не дам! – вновь шепелявым голосом на общем наречии пробубнил гоблин.
До меня дошло, что все двери блокировал именно он.
– Слушай, Скупердяй, мы завтра отправляемся с Лугатом на задание, потом можешь у него спросить, и он даст разрешение на вынос этого снаряжения, – попыталась решить вопрос вампирша.
– Ты уфе один раф так обманула меня, так фто или монету, или рафрефение! – упёрся тот.
Умарт стиснул арбалет ещё сильнее, и я понял, что он его ни за что не отдаст.
– Я тебе щас лицо обглодаю, хмырь болотный! – начала заводиться Виола и попыталась схватить низкорослого гоблина. Теперь я понял, почему он сидел за решёткой, видимо, каждый считал своим долгом отвалить ему порцию звездюлей, а шепелявил он наверняка потому, что все зубы ему давно выбили. Валькирия выхватила оба клинка, хотя вряд ли бы ими дотянулась до Скупердяя, и, увидев такое развитие событий, Умарт достал метательный нож. Для гоблина, видимо, эта ситуация была не в новинку, и в его руках появились два похожих арбалета, но в отличие от того, что держал вампир, они были заряжены, и, не долго думая, он навёл их на обидчиков. Может, конечно, это у них тут и в порядке вещей, но надо было что-то предпринимать, пока не дошло до крови.
– А ну, мляяять, успокоились все! – заорал я. – Умарт, хрен моржовый, убери нож. Виола, демона тебе в одно место, угомонись. А ты убогий, ну-ка быстро опустил свои стрелялки, а то глаз на жопу натяну.
Все участники действия словили ступор, так и застыли с отвисшими челюстями.
– Чего рты разявили, прикройте, а то кишки застудите! Слышь, Скупердяй, озвучь мне цену арбалета и кольчуги, – приказным тоном раздал я команды.
Гоблин оценивающе провёл снизу доверху по мне взглядом, наверное, оценивая мою платёжеспособность: – Кольфуга три тыфяфи фолотых, арбалет полторы, – и прищурился, видимо, ожидая, что у меня нет такой кругленькой суммы, и я начну торговаться или тоже в драку полезу.
