Меня начала заполнять чужеродная ярость, она быстро захватывала каждую клеточку моего организма. Это была нечеловеческая злоба и первобытная жажда убийства. Мозг ещё не полностью отдался этой жажде, и я пытался контролировать свои действия. Просто негромко свистнув, привлёк к себе внимание. Нелюди нехотя отвлеклись от омерзительной трапезы, уставились красными зрачками и одновременно бросились на меня. Время как будто растянулось, чуждыми для меня, но какими-то звериными инстинктами я чувствовал, что противники быстрые, очень быстрые, но я быстрее! И я рванул на встречу. Ближайшему упырю, не снижая скорости, я воткнул в глазницу кинжал, который так и не выпустил из руки, а второму, зажав шею в изгибе руки, сломал хребет. Всё действие заняло пару секунд.
Не глядя на дохлых убийц и тело, ставшей за это время мне почти родной тётки, я упал на колено прямо в кровь, провёл ладонью, закрыв ей глаза, в которых застыл предсмертный ужас, и прошептал: – Прости! Не успел!
И в это мгновение животная ярость заполнила меня полностью, всю мою сущность затопила жажда крови, человеческого больше не осталось ничего.
– Ну, сссуки… убью! – зарычал разбуженный зверь, выпрыгнул в окно и на улице завыл, призывая к схватке: – Твари, я здесь!
И тут всё завертелось! Момент боя я практически не запомнил, мозг просто отключился от реальности, предоставив телу сражаться на инстинктах и рефлексах зверя. Я рвал, ломал, убивал и упивался кровью врагов. А когда очнулся, вокруг были только тела и их фрагменты, отдельно валялись руки, ноги, головы. А меня словно в ванну с кровью макнули. Территория вокруг напоминала бойню, впрочем, так оно и было. Адреналин большой дозой до сих пор бил в голову и затуманивал способность мыслить, а звериная ярость ещё не отпустила сознание. Напротив, из-за теней домов и построек вышли ещё твари, много тварей, но один из них сильно выделялся. Стоит прямо, взгляд холодный и уверенный. Нас разделяло приличное расстояние, но оно не стало помехой, и я, посмотрев прямо ему глаза, прохрипел: – Старшие пожаловали. Ну, идите сюда, нелюди!
Зверь, получив удовлетворение от схватки, уже прятался куда-то на затворки сознания, а без него шансов повторить бойню и выжить не было. Я понимал это и приготовился умереть, но решил хоть ещё парочку ублюдков прихватить с собой. Сделав шаг в сторону новых врагов, неожиданно получил удар по мозгам, словно с размаху роялем ударили, не по голове, а именно по мозгам, и отключился.
ВЫСШИЙ ВАМПИР ЛОРД ЛУГАТ ДЭ МОР.
Лорд Лугат стоял на балконе своего рабочего кабинета и смотрел немигающим взглядом на заходящее светило. Со стороны можно было подумать, что это не разумное существо, а каменная статуя, просто сделана искусным мастером.
Закат был очень красив, на небе не было ни облачка, и кроваво-бордовый оттенок от скрывающегося светила ровно расстилался по верхушке леса вдоль всего горизонта. Но высшему вампиру в этот момент было не до созерцания красот природы, его мысли были очень далеко от этого места.
К слову сказать, истинным высшим вампирам лучи солнца были безвредны и доставляли лишь небольшой дискомфорт в чутком зрении, приспособленным к тёмному времени суток. Высшим вампиром надо было родиться от таких же высших особей этой расы, что случалось крайне редко. Этим и объясняется немногочисленность этого разумного и опасного вида. Простых истинных обращали, для этого подходили представители только человеческого вида, но при этом выживал один на сотню, а то и две. От чего это зависело – не знал никто, хоть и пытались разгадать эту тайну ни одну тысячу лет.
А вот низшие – это рядовые бойцы или, как их многие называют, мясо на убой. Их светило сжигало за несколько ударов сердца и, кстати, многие разумные ошибались, считая, что сердце у вампиров не бьётся. Впрочем, обыватели слишком мало знали об этой скрытной расе, вот и придумывали байки – одна страшней другой. Хотя в этих байках и была доля правды. Для обращения в низшего нужен был лишь укус, а не обмен кровью, как в ситуации с истинными. Для этих целей по всему материку скупали заключённых, приговорённых к смерти.
Лорд Лугат являлся лидером клана "Багровая Ночь" уже около ста циклов, возраст же его самого приближался уже к четырёмста. Он взвалил на себя правление и с ним неподъёмный груз ответственности за весь клан после последней большой междоусобной войны вампиров. Тогда же погиб его отец – бывший лидер, но они одержали победу. Были и другие претенденты на место руководителя, но совет старейшин единогласно проголосовал за Лугата.
