Вот уже месяц она приходила сюда каждый вечер около девяти, садилась на высокий стул возле барной стойки, заказывала виски с Кока-колой и, молча, смотрела на танцующих и сидящих за столиками людей, медленно потягивая приятный напиток из широкого низкого стакана. Никто не знал кто она, где живет, кем работает. Она ни с кем не общалась, не отвечала на редкие заигрывания подвыпивших мужчин и на пьяные излияния одиноких дам. Она только пила виски и курила длинные темные сигареты. Она выглядела совсем не так, как большинство девушек и молодых женщин, отдыхающих здесь, в ночном клубе «Каста». Темная водолазка с высоким горлом, черные джинсы, кроссовки, на голове широкая черная полоска, прикрывающая половину лба и линию роста волос. Глаза подведены черным карандашом, на губах легкий след бесцветного блеска. Ее поведение тоже было довольно странным и нетипичным для посетительниц ночных клубов – ни малейшего намека на кокетство или желание пофлиртовать, никаких признаков стремления завести знакомство или желания встретиться с кем-то.
- Вы скучаете? - Бармен, молодой, симпатичный парень, работавший здесь пять дней в неделю по ночам, слегка дотронулся до ее руки.
- Нет, спасибо, все в порядке, - Она медленно перевела на него взгляд и слегка улыбнулась.
- Может быть, закажете что-нибудь еще? – Ему очень нравилась эта нестандартная девушка. Почти каждый раз, когда он видел ее здесь, он пытался завязать с ней разговор, но она явно не шла на контакт и не желала общения. Более того, ему казалось, что она, каждый раз отвечая отказом на любые его предложения, даже не узнает его, несмотря на то, что вот уже месяц они встречаются здесь, практически каждый день.
- Нет, спасибо, достаточно. – Она отвечала каждый раз одинаково. Отвечала и грустно улыбалась. При этом глаза ее оставались неподвижными, если, конечно, выражение глаз можно было различить при безумном мерцании ослепляющих цветных огней.
2.
Бармена звали Вадим Морзик. Ему было девятнадцать лет. Он учился в автодорожном институте, а по ночам работал здесь, в маленьком грязном клубе «Каста». Нельзя сказать, чтобы ему нравилась его работа. Он сильно уставал и не высыпался, но работал и учился с завидным упорством, несмотря на постоянное желание бросить все это к чертям. Такая возможность у него была. Отец Вадима, Евгений Вадимович Морзик был солидным бизнесменом, владельцем нескольких фирм, занимающихся топливными поставками и сетью автозаправочных станций. Вадим был его единственным сыном. Семейство Морзик имело все, что полагалось при подобном социальном положении. А именно – особняк на Рублевке, с бассейном и теннисным кортом, большой, уютный дом на Черноморском побережье, банковские счета, собственный штат прислуги, состоящий из двух охранников, шофера и приходящей домработницы. Мать Вадима, Елена Викторовна Морзик, вела образ жизни, приличествующий супруге крупного российского бизнесмена. Формально она занималась домом, хозяйством, сыном и прочими важными вещами, а фактически, ее обязанности сводились к своевременной раздаче указаний прислуге и проверке их выполнения. Она прекрасно понимала все плюсы и минусы своего положения и никогда не забывала о себе, систематически посещая косметолога, массажиста и инструктора по фитнессу. Последний, кстати, наряду с тренировками в зале периодически проводил тренировки в собственной постели, что совсем не напрягало, а даже радовало Елену Викторовну, молодую и красивую, тридцатидевятилетнюю заложницу своей богатой и скучной жизни в позолоченной клетке.
