Не обращая внимания на его рассуждения, на негнущихся ногах, Лихо подошла к "портье", и выложила на стойку свой "Феникс". Угрюмое лицо челябинского "смотрителя за номерами", стало недоумённо-тревожным.
- Спиртное есть? - Не глядя на него, спросила блондинка. - Достаточно одной бутылки...
"Портье" раздумывал недолго, углядев и порез на руке: и то, что куртка Лихо напоминала наглядное пособие, демонстрирующее, на что способен качественно заточенный нож. И, через пять секунд, на стойке очутилась початая пластиковая бутылка, в которой имелось примерно пол-литра прозрачной жидкости. Лихо подтолкнула к нему ствол, забрала бутылку, и сделала большой глоток.
Шатун шагнул к ней, но блондинка вытянула руку, останавливая его, и сама пошла в коридор. Алмаз обогнал её, показывая, где им сегодня предстоит ночевать.
В довольно обшарпанной комнате, где, как и в "Ладье" - имелось четыре кровати, Лихо плюхнулась на первую же, рядом с Книжником. Отпила из горлышка ещё пару глотков, поменьше. Передёрнулась. Уставилась в противоположную стену, словно хотела увидеть там нечто такое, что было способно изменить всё, сделав добрым-добрым и почти сказочным.
- Вот такие, значит, штучки... С пометочкой "безвозвратно". - Она отхлебнула ещё. - Что за тупость, наливать спиртное - в пластиковую бутылку. Ни об стену тебе с чувством шарахнуть, ни вены "розочкой" перехватить. Блядь!
Она плотно присосалась к бутылке, хлеща содержимое - как обычную воду. Шатун покачал головой, и решительно вынул сосуд, у неё из рук. Лихо подняла на него уже поплывший взгляд, но махнула рукой и, обмякла. Плечи её затряслись в беззвучном плаче.
Плакала она недолго: засуетившийся Книжник даже не успел начать сеанс утешения. В процессе которого, у него был реальный шанс получить по сусалам; по незнанию затронув какую-нибудь душевную ссадину блондинки.
- Приберите получше... - Она вынула из кармана деактиватор, и бросила его на кровать. - И пошло оно всё - нахер...
После этого, она повалилась на кровать, и мгновенно заснула. Книжник заботливо снял с неё обувь, закинув ноги на ложе, и подложил подушку под голову. Повернулся к Шатуну.
- А что было-то?
- Тебе этого лучше не знать. - Хмуро сказал тот, перебрасывая из руки в руку - на три четверти опустевшую бутылку со спиртным. - Лучше сообрази, чем ей руку перевязать... На вон - продезинфицируй, прямо из бутылки.
Книжник вылил немного отдающей сивушным духом жидкости - на порез Лихо, и несколько неуклюже, но старательно - перевязал обработанную рану бинтом, поданным ему Алмазом, всегда имеющим при себе что-то вроде мини-аптечки. Блондинка что-то промычала во сне, но глаз не открыла.
- Слушай, книголюб... - Громила посмотрел на лежащий на кровати деактиватор. - Этот механизм сегодня по асфальту катался... Ничего с ним не стрясётся?
- Ничего. - Уверенно сказал Книжник. - Его можно "Горынычем" переезжать, и тебе вместо эспандера использовать. Если осилишь. В воде не тонет, в огне не горит. Во всяком случае, этот засланец, на котором Лихо пародию на экстренное потрошение делала - так утверждал. Наша дама, никаких разногласий со сказанным не уловила... Значит - так оно и есть.
- Хоть что-то хорошее есть в этом корявом существовании. Всё, спим. - Распорядился Шатун. - Переживать, и охать будем завтра. Если понадобится...
И начал стаскивать свой матрац на пол, чтобы устроиться с максимальным комфортом. Книжник печально посмотрел на морально и физически пострадавшую Лихо, и уныло принял горизонтальное положение на соседней койке. Готовый исполнять роль верного пажа, при храброй воительнице.
Алмаз тоже плюхнулся на свободную кровать, и заснул почти мгновенно.
Ночь пролетела спокойно. Первое, что увидел Книжник, вынырнувший из сна - это была Лихо, сидящая на кровати, с физиономией - которая была приятного, слегка изумрудного оттенка.
- Доброе утро. - Очкарик тоже сел на постели, отчаянно зевая. Ему всю ночь снились какие-то бессвязные эпизоды в жанре "экшн", но в которых он не смог проявить себя, как настоящий защитник отечества. Он, то улепётывал от выводка свистоплясок, то залезал на какие-то кручи, спасаясь от целого сонма "пешеходов", которые вдруг научились быстро перемещаться в пространстве. Мертвяки почти загнали его в тупик, последняя дверь уже трещала вовсю, а "Гюрза", с помощью которой он решил избавить себя от незавидной участи - давала осечку за осечкой. Потом на стене тупика вдруг возникла рожа Алмаза, которая скорчила укоризненную гримасу, и сказала:
- А оружие-то, чистить надо, батенька! Сколько можно вас учить? Выпутывайтесь теперь...
"Пешеходы" всё-таки расхреначили дверь в щепки, но тут сон кончился. Чему, к своему стыду - Книжник был ужасно рад. Всё-таки страшно, как ни крути.
Настоящая, всамделишная дверь в их номер - распахнулась, и в помещение вошёл Алмаз, с бутылкой воды в руке. Лихо, слегка трясущимися руками приняла загодя открытую ёмкость, и начала быстро пить, большими, жадными глотками.
- Спасибо... - Она оторвалась от бутылки только тогда, когда она опустела примерно на две трети. - Чтобы я без вас делала?
