- Давай, подставляй физиономию. - Очкарик страдальчески посмотрел на флакончик в её руках. - Долго я ещё ждать буду? Потерпишь, ничего страшного. Не моча свистопляски, рожа на сраку камнереза похожа не станет, не морщись ты так...
Она обильно оросила настоем средний и указательный пальцы, и провела ими по ране Книжника. Тот завыл, как новообращённый упырёк, которому в первую же вылазку из гроба, в грудь забивают осиновый кол, под третий крик петуха. Идущая из ранки кровь, тут же замедлилась, и стала тягучей, уже неохотно покидающей организм книгочея.
- И чего мы горланим? - Блондинка досадливо поморщилась. - Причём совершенно немузыкально. Потерпи немного, мужик ты - или нет? Шрамы, кстати, мужиков украшают: эту прописную истину, насколько я помню - ещё никто не отменял.
Книжник стал охать слегка посдержаннее. Лихо окропила свою ранку, и обработала ладонь Шатуна. Алмаз сидел тихо, покусывая губы, глядя на неугомонно шевелящееся за стеклом, скопление некрупных серых комочков.
- И что это за кусачий триппер из лужи? - "Стеклорез" дождался, когда очкарик почти придёт в себя. - Давай, рассказывай... Надеюсь - он не ядовитый?
- Нет! - Книжник отрицательно затряс головой. - Не ядовитый. Точно.
- Это не может не радовать. - Алмаз стал выглядеть чуть пооптимистичней. - А то как-то неохота мне, в компании трёх жмуриков, из этого Новокузина выбираться... Я, конечно - парень не промах, но это было бы чересчур. Да и хоронить потом вас... Ладно ты, и Лихо. А Шатуна, два раза лопатой копнув - пристойно упокоить не получится. Так что, можно сказать, что я доволен.
- Ещё бы ты, не был доволен. - Громила тщательно вытер испачканные раздавленными "комочками" ладони, о штаны. - Один ты в белом. Остальные, из всего белого, запросто могли урвать себе тапочки. В которых, нас уже никто не увидит.
Алмаз, молча, запустил "дворники", которые кое-как растолкали мельтешащее на лобовом стекле, месиво. Которое почти сразу же вернулось на исходные позиции, намертво перекрыв обзор.
- Вот такая, беспросветная трещина... - Мрачно констатировал "стеклорез". - Которая обязательно имеется между левым, и правым полупопием. И как тут ехать?
- Книжник, это вообще что было? - Спросила Лихо, уныло наблюдающая, как щётки "дворников" снова начинают мартышкин труд. - Как это чудо природы называется-то?
- Герман называл их "чистюлями". - Книжник осторожно убрал ладонь от лица, убедившись, что кровь почти не идёт. - Потому что, объедают всё, до кости, начисто.
- Это мы уже поняли. - Сумрачно пробасил Шатун. - Подходящее названьице, ничего не добавить...
- Да уж... - Алмаз завёл "Горыныча", и очень осторожно тронулся с места. - Самые характерные черты этой фауны, подмечены с кристальной точностью. Я уже проникся.
- Мне интересно, почему ты сразу в набат не жахнул... - Лихо обернулась, и посмотрела на Книжника. - Были бы сейчас все целые. Случилось что?
- Так я же их никогда не видел! - Очкарик удивлённо-обиженно уставился на блондинку. - Герман мне про них рассказывал, да. Вот только он ещё упоминал, что раньше Омска они не встречаются. А вышло вот как...
- Опять Сдвиг мухлюет. - Опечаленно сказал Алмаз. - "Могильщик", теперь эта мелочёвка. Лихо, а нам немного смухлевать - не получится? Самую малость? Деактиватор никак не запустить где-нибудь поближе? Например, прямо здесь...
- Не выйдет. - Блондинка потрогала лежащий во внутреннем кармане, кругляш деактиватора. - Я бы с радостью, ещё в Суровцах. Но, увы.
- Жаль. - С непритворной грустью возвестил Алмаз. - А так бы, сейчас ка-а-ак показали всем, кто здесь главный. Не судьба. И что, долго мне теперь так ехать, с этими помоями на лобовухе? И ведь ни одна зараза, похоже - не отвалилась. Книжник, что скажешь?
- Герман говорил, что они без воды не могут... - Очкарик ещё раз потрогал пострадавшую щёку. - Не больше получаса на открытом воздухе. Если это действительно так, то надо держаться подальше от этих луж. Потом они сами сбегут.
- Если дела недавних дней, не наделили их новыми, весьма неприятными для нас качествами. - Лихо задумчиво потёрла лоб. - Нельзя исключать подобное развитие событий. Раз уж они сюда добрались: то научиться потреблять кислород - вообще плёвое дело.
- Не каркай. - Шатун огорчённо постучал по стеклу, вызвав ещё большее оживление "чистюль". - Вроде бы - такая сопля, а как-то неохота мне на свежий воздух. Раз уж шипача угомонили... Что им Шатун? И кодла зайцев, дрючит льва... Езжай, "стеклорез": там видно будет.
- А я что делаю? - Алмаз напряжённо ловил взглядом открывающийся буквально на две-три секунды, обзор. - Слышь, бумажная душа - а с какого перепугу, они вообще на нас набросились? Вроде бы, сытным духом от "Горыныча" не тащит, скорее наоборот. Я понимаю - свистопляску там за зуб принять, или камнереза...
- Они нападают на всю движущееся. Вот и налетели.
